Человечество привычно к войнам. Любимые герои у людей – военачальники. Вся история – сплошные битвы. Потому, когда мир захлестнуло ордами восставших мертвецов, ничего особенного, в общем, и не произошло. Просто очередная война. Ну, немного другой противник, а так – дело известное.
Авторы: Берг Николай
то я мог бы заскочить к себе в старую квартиру, и забрать что возможно. Мама об этом постоянно говорит.
Между тем Енот опять начинает цеплять Ильяса – то ли по живости характера, то ли опять засиделся, то ли просто не нравится ему наш снайпер. На этот раз непоседливый зверь зашел с особо тонкой материей – на полном серьезе заливает какуюто мутную парахту курсантерам и Тимуру, да и пара радистов его слушает.
– Учебники все врут! – вещает Енот: В них издревле гнобили гордых славян, подтасовывая результаты отборочных битв за Царьград и полуфинала на Куликовом поле. На самом деле любому культурному человеку известно, что татар создал пресловутый московитский царь Петр Первый. Он с детства мечтал построить Ледяной дворец, насадить совдепы и создать, наконец, татар. Ну, нравилось ему такое певучее название.
Учитывая, что за большой срок ведения войны с Эстонской Колоссальной Империей…’.
– Так уж и Империей? – удивляется всерьез купившийся Рукокрыл.
– Империя, империя, даже две великих империи, Укров и Эстов, пожранные кровавым режимом… так вот, Петр Великий сильно поиздержался за войну, а его варварская рать понесла катастрофические потери – ведь только при стаскивании с кроватей стариков и больных в Нарве, промочили в реке ноги, и простудились несколько сотен тысяч русских, из которых умерло от воспаления легких больше миллиона! Историки врут, замалчивая число погибших, они пишут про какие – то маленькие армии и сражения с участием пятидесяти тысяч человек преподносят за событие… Так вот. Деспот, везде насаждавший совдепы, решил переселить в Казань, а это была небольшая деревня под Смоленском, где постоянно когонибудь безсудно варварски наказывали или казнили, отсюда и название деревни Наказань – Казнь – Казань, все население взятого им хитростью, с применением тайно привезенных из Голландии летательных машин, города Тарту. Почему его выбор пал на этот несчастный город? Многие историки объясняют именно созвучностью названия города Тарту – татарам. Но на самом деле – дело в другом – прознав, через тайных борцов за Свободу, желавших Европейских Ценностей всем, а не узурпировавшему их Петру, о новой технике, эсты срочно заказали в Германии специальные пушки – так называемые ‘флаки’ (фляги), изза характерной формы, в отличие от мортир. И весь воздушный отряд Петра был уничтожен. Хотя и успел нанести непоправимый урон обороне крепости, завалив ее амбразуры русскими трупами. Осатанев, тиран велел искоренить память о сем позорном провале, и потому велел переплавить все захваченные пушки, а всех очевидцев сослать куданибудь в глубь дикой России.
– Вот сейчас – точно врешь – убежденно говорит Рукокрыл, но его останавливает приятель, вроде даже чтото записывающий в маленьком затрепанном блокнотике.
– Почему его выбор пал на этот несчастный город? – ехидничает радист.
– А многие историки объясняют именно созвучностью названия города Тарту – татарам – не моргнув глазом заявляет Енот. И тут же продолжает: ‘Там он намеревался оттатарить это население, тем более, что под Казанью все время круглосуточно светит очень яркое солнце, отчего несчастные жители города Тарту, не имевшие крова над головой, вынуждены были все время щуриться. Эстонский император Анзип Плюгавый выразил решительный протест, поддержанный всей демократической общественностью того времени – фараоном Психотерапестом 27, царем Нумидии средней Бгавауононом, императором Южной Германии ФридрихомВильгельмом Вторым и его сыном – принцем ФридрихомВильгельмом тоже Вторым, а также всей прогрессивной американской общественностью, выразившей озабоченность созданием татар шаманскими плясками и гонками на бизонах. К сожалению, врожденная интеллигентность помешала всем перечисленным предпринять чтолибо более конкретное по отношению к распоясавшемуся русскому скинхеду в парике. Он демонстративно чихал и сморкался на выражаемые ему протесты и продолжал отатаривать жителей города Тарту, попутно насаждая ненавистные всем интеллигентным европейцам совдепы (1706 год – в Летнем Саду, а в 1708 г – на Аптекарском острове, причем вызывающе используя для этого громаднейшую лопату).
– Ты чтото про укров утаил – деловито переспрашивает Ленька.
Я кошу глазом на Ильяса. Тот сидит совершенно спокойно, даже какбы дремотно, но мне кажется, что будь у Ильяса хвост – кончик (именно самый кончик) хвоста двигался бы злобно и предостерегающе. Причем хвост был бы змеиным с погремушкой на конце. Еноту же это видимо незаметно и спокойствие объекта насмешки заводит сказочника все сильнее и сильнее.
– Чтобы не дать им возможности воссоединится с другой великой нацией, Украми – коварный Петр послал к ним замаскированного
