Человечество привычно к войнам. Любимые герои у людей – военачальники. Вся история – сплошные битвы. Потому, когда мир захлестнуло ордами восставших мертвецов, ничего особенного, в общем, и не произошло. Просто очередная война. Ну, немного другой противник, а так – дело известное.
Авторы: Берг Николай
с большим интересом. С явным удовольствием повторяли движения, разом, в строю. Он показывал все, что знал, наверное. Под самый конец, показал, как правильно носить мой маленький пистолетик на ремне и как его правильно же выхватывать изпод одежды. У меня под него даже кобура была нейлоновая, просто я ей не пользовался.
Попрощались тепло, майор с основной частью группы остался отрабатывать приемы, а мы с Ильясом, Енотом и Надеждой залезли в кабину ‘шишиги’. Сидевший там здоровенный котяра очень подозрительно уставился на нас своими глазищами и очень нехотя подвинулся.
– В общем так, я по нашим делам теперь отчитаюсь, – сказал Ильяс. – Интерес к кевлару есть, естественно. Зампотыл местный сказал, что возьмет столько, сколько дадут. Если цена будет не заоблачная, естественно, но скупиться не будут, это обещали. Надо туда завтра ехать с утра и разговаривать.
– Поедем, – согласился Мельников сразу. – Я тоже цены не знаю, но думаю, что ее надо из броников рассчитать. Одна пачка… сколько там из нее броников получится? Узнать, почем они здесь продаются, скинуть за опт и работу по изготовлению… както так. Я, пожалуй, к утру формулу расчета набросаю, – сказал он уже больше самому себе.
– Вот, правильно, набросай, чтобы у зампотыла нам не мычать и руками перед рожей не крутить, – удовлетворенно сказал Ильяс. – Тебе за пленку перевели уже деньги?
– Не проверял, не успел, – ответил тот. – Но с утра отгрузили, должны были перевести.
– Ладно, завтра проверим.
Обратно ‘американец’ ехал уже без моих указаний, дорогу запомнил и помоему даже немного этим щегольнул. Надежда пригласила его отужинать, но он предложил перенести это на завтра – видно было, что он весь зудит от желания встретиться наконец с неуловимым начальником тверского конвоя.
Впрочем, записку с несколькими фамилиями пациент мне успел всучить. Попросил проверить на вшивость кандидатов на роль новых матросов его ‘Мариетты’. Не уверен я, что это сильно что даст, базы данных у нас что в больнице, что в милиции, что у хитрых контрразведчиков очень не полные, но отзвониться и запросить – почему и нет?
Благо есть кому позвонить. Тесная связь медучреждений с особистами еще тогда наладилась, когда террор пошел. В чеченскую первую или вторую, не помню уже. Толку правда не было никакого, но периодически приходили грозные напоминания о повышении бдительности, отработке контртерроризма и прочего в том же духе. Хотя помнится когда покойный (или беспокойный) Сан Саныч разговорился со мной на эту тему – он как раз нашему отделению читал мораль на тему как вести себя будучи в заложниках, то после грустно отметил очень печальный факт. Что все эти рекомендации – сидеть тише травы, ниже воды, в глаза не смотреть и так далее, то есть то, что рекомендует просвященный Запад для попавшего в лапы террорам заложника – все это как всегда в наших условиях не применимо. На удивленный вопрос Федяевой, нашей поликлинической красотки, так же печально заметил, что ему положено рассказать – вот и рассказал. Беда в том, что западный террорист зачастую целью всей своей деятельности видит обмен живых заложников на чемодан баксов и вертолет до Мексики или куда они там улепетывают. Потому заложники ему нужны живыми. А нашим террорам как правило нужны мертвые заложники, нужна резня и ужас, ничего другого. Зачастую они и требований не выдвигают.
Тут не удержался терапевт Бобров и негромко – как он всегда говорил – осведомился: ‘А что тогда делать нам, если случись что?’.
Сан Саныч беспомощно пожал плечами и так же тихо ответил:
– Бежать. Бежать сразу. В разные стороны.
– Так пристрелят же!
– Берут в заложники не одногодвух. Берут по возможности толпу. Толпа, если бежит – затопчет стрелков, особенно если они еще не успели подготовиться. В том же Беслане, когда террорам дали подготовиться, создать систему фугасов – потеряли 344 человека убитыми – большинство детей, да больше 700 ранеными и обгоревшими. Да, осетины не просекли, что будет резня, думали договориться, думали с людьми дело имеют. А это изначально было невозможно, целью было у терроров устроить бойню. Взяли заложников на открытой местности, на утренней линейке. Если б они кинулись врассыпную – набили бы терроры почти тысячу человек? Вряд ли. Старое правило – чем ты дольше в плену, тем сбежать сложнее. Потому – я вам американские рекомендации привел, а думать нужно вам.
Слова Сан Саныча мне потом не раз на ум приходили. Особенно когда с Мутабором встретился. А ведь может потому и выжил. Сложил бы лапки покорно – не разглядело бы чудище во мне союзника. Глядишь бегал бы сейчас я с чьимито пришитыми ручками и откликался бы на какуюнибудь вычурную кликуху типа… А откуда брал свои кликухи вивисектор? Мутабор
