Человечество привычно к войнам. Любимые герои у людей – военачальники. Вся история – сплошные битвы. Потому, когда мир захлестнуло ордами восставших мертвецов, ничего особенного, в общем, и не произошло. Просто очередная война. Ну, немного другой противник, а так – дело известное.
Авторы: Берг Николай
а гражданин вывихнул себе руку и разбил лоб о край ванны.
На рулевого эти травмы не произвели ни малейшего впечатления, почемуто его больше всего заинтересовало, что было дальше с мотором. И он всерьез огорчился, услыхав, что мотор пал смертью храбрых, упав в ванну, где его и залила вода, вернувшаяся из турне по потолку.
Вскоре я оказался на пристани Чумного форта, катер усвистал, а мне пришлось коротать время в обществе разбитного рыжего матросикасержанта, или как там у них на флоте – старшины что ли? Он опять же проверил пачпорт, правда без комментариев, вызвал какогото Травина по находившемуся тут же под грибком телефону и поглядывая на проходивших периодически мимо часовых взялся задавать вопросы. Откуда я да что. Видно было, что это не по службе, а от нечего делать. Пришлось выдать версию, что вот – приехал врач. Для консультации.
– А – домыслил сержантик – наверно внутряки себе окончательно геморрой отрастили!
– Кто это внутряки? – спросил я.
– Внутренняя охрана. Старперы, нудные, одно слова – ВОХР. Скучные и вообще. Ни поговорить, ни выпить. Они тут внутри охраняют всякие склады, да на мертвяках всякое разное пробуют.
– А вы кто?
– Мы – основная охрана форта! Вон и пулеметный расчет – наши и часовые – тоже мы. Если что – наша задача защитить форт. Вот так вот.
Тут явился старпер из внутряков – худощавый парень лет тридцати, отрекомендовался коротко – Травин. Я полез было за паспортом, но он пренебрежительно махнул рукой, за что удостоился несколько презрительного взгляда от бдительного морячка.
Ворота в форт выглядели грозно, даже брутально. Сварены были крепко, но грубовато. За ними открылся внутренний дворик форта. Я завертел головой, впервые оказавшись во дворе этой крепости. Забавное впечатление – видно, что была впечатляющая разруха, но стремительно здание привели в порядок. Странное впечатение – старье древней кирпичной кладки и тут же совремненные окна и лестницы – и тут же грубо сваренные решетки.
– Старые ворота со львиными головами сперли ‘эффективные собственники’ – тоном экскурсовода поясняет загадочный Травин походя – пришлось тут срочно все восстанавливать.
Это да, тут я в курсе, какие убытки нанесли фортам эти самые ‘собственники’ – например на форте Шанец была уникальная бронезащита наблюдательного пункта, этакий литой стальной гриб, которых в Европе осталось штуки три. Наш еще был украшен витиеватой надписью ‘Тут нес караульную службу в 1957–1960 году старший матрос Пантелеев. Дембель неизбежен, как крах капитализма!’. Чем вышеуказанный матрос выбил на броне эту продирающую до печенок надпись во время караульной службы – не знаю, наши уроды сдали все на металлолом. И угробленных ради копеечной прибыли раритетов – масса. Такой вот бизнес пустоголовых придурков…
Мы поднялись по гранитным ступенькам крыльца и в небольшой канцелярии Травин предложил мне подписать невзрачные бумажки, грозящие всякими карами в случае разглашения полученных сведений. Подписал, куда деваться. После того, как я оставил на бумаге свою подпись, Травин както подобрел лицом. Надо полагать, что он рассчитывал – вот стану я Великим – тут он мой автограф и продаст по спекулятивной цене. Про себя я отметил, что канцелярию ожидал увидеть этакой, музейной – табуретки каршеные масляной краской, стенки поштукатуренные и прочее – а тут весьма все современное стояло, даже не без роскошества.
– Слушайте, Травин, а без этих игр и плясок нельзы было обойтись? – спросил я его.
– Вы знакомы с Федеральным законом от 5 июля 1996 г. N 86ФЗ?
– Честно говоря первый раз о нем слышу – признался я Травину.
– Серьезно? Федеральный закон от 5 июля 1996 г. N 86ФЗ «О государственном регулировании в области генноинженерной деятельности» с изменениями от 12 июля 2000 г. и последующими. – не читали?
– Не читал – опять признал я.
Травин фыркнул.
– Вирус – это ‘внеклеточная форма жизни’, то есть не форма жизни, а кусок информации, с данными о последовательной репликации аналогичного куска информации из материала клеткихозяина, заключенный в белковолипидную оболочку. Вирус не является собственно жизнью. Это не жизнь, это скорее то, что как раз перед катастрофой называли наноботами. Их очень сложно уничтожить. Зато сами по себе вирусы отлично размножаются – хоть в компьютерной сети. Хоть в живом организме. Вы же работали на эпидемиях гриппа?
– Работал. Ежегодно.
– Значит имели дело с внутриклеточниками репликаторами информации. То есть вирусами. И сейчас мы как раз с таким вирусом и имеем дело. Только он вызывает не свиной грипп, а зомбификацию. В том собственно и секрет. Текст федерального закона я вам дам для ознакомления, чтобы вы поняли, насколько
