Человечество привычно к войнам. Любимые герои у людей – военачальники. Вся история – сплошные битвы. Потому, когда мир захлестнуло ордами восставших мертвецов, ничего особенного, в общем, и не произошло. Просто очередная война. Ну, немного другой противник, а так – дело известное.
Авторы: Берг Николай
паясничай. Ситуация – то ясна? Не будет в ненужный момент душевных терзаний и интеллигентских метаний?
– С чего бы это? – удивляюсь я, щурясь от яркого солнца в громадном небе. В городе такого неба не увидишь, дома заслоняют, а вот с воды оно огромно…
– На всякий случай спрашиваю. Пока все, кого ты обстреливал были откровенно тебе враждебны. Настолько откровенно, что никаких двояких толкований быть не могло. Соответственно и переживаний никаких. А теперь немного иное, сам понимаешь. Вот и не хотелось бы, чтоб лекарь потом предался вьетнамскому синдрому. Смекаешь?
– Ага. К слову довелось общаться по работе с вьетнамцами, причем пожилыми, которые с американцами еще дрались. Что удивительно – никаких следов вьетнамского синдрома, мы после фуршета пообщались немного – так они гордились тем, что амерам насовали. Один мне еще долго рассказывал как правильно ловушки делать на американца, переводчица от деталей аж позеленела, но справилась, я удивился ее стойкости, детали и впрямь были живописными. Я так понял что на его изготовления «вьетнамские сувениры» напоролось не менее 8 амеров.
– Да, ловушки вьеты делали качественные – кивает головой Енот.
А я понимаю по его тону, что скорее всего он и сам в случае чего такие сумеет сделать. Там и впрямь ничего особенно сложного не было – ни в падающих с деревьев колючих чурбаках, ни в простеньком приспособлении отбивающем охоту входить в дом выбив ногой дверь, ни в хитроумных, но очень простых в изготовлении ловушках на джиай, фаршировавших ногу до колена ржавыми железяками с зазубринами или бамбуковыми колышками. Честно говоря, мне после того разговора оставалось только порадоваться, что нам не пришлось воевать против вьетов… маленький народ, но серьезный… хотя почему маленький – их 80 миллионов, а нас 140. Было. Мда…
– В конце концов я прекрасно помню, как горели мы в сортире. И впечатления от этого куда как не радостные. Так что и свой личный счетец к фигурантам есть. И потом я же все таки в армии служил, а там отбивают нежелание исполнять чужие приказы, даже и неприятные. Хотя тупизны много было, чего там…
– Зато теперь ты можешь выполнить приказ не очень заморачиваясь. Для этого все и делается – солдата – то на смерть посылать приходится, если он начнет умствовать – кончится все куда хуже.
Под эти слова мы и прибываем к причалу Петропавловской крепости.
– Стой, кто плывет, не притворяйтесь рыбой.
Здесь даже рыбе плыть запрещено
Здесь запретная вода для вас она закрыта
И движенье всякое в ней прекращено!
– приветствует нас стоящий на пристани Павел Александрович, пожилой сотрудник Артиллерийского музея.
– Пароль: Рыба – меч! Отзыв? – подхватывает стоящий тут же широко улыбающийся омоновец со странным прозвищем МакЛауд. Его здоровенный двуручный меч, аккуратно завернутый в какоето покрывало тут же – я вижу рукоять и часть гарды. Понятно, теперь этим фанатикам холодного оружия проще встречаться – навигация открыта полным ходом. Всяких лодок, катеришек и непойми чего плавающего под парусами или с мотором теперь на открытой воде много, прямо сбылась мечта Петра Первого. Омоновцы так и сидят в своем «Бастионе», оттуда сюда на моторке минута делов приплыть.
– Отзыв: Рыба – доктор! – дурашливо отвечает Енот.
Павел Александрович ловит веревку. Помогает нам пришвартоваться. Жмем руки, здороваемся. Оказывается парочка и впрямь отрабатывала различные приемы со смертоубийственным железом. Они пытаются тут же поделиться своими восторгами, тем более опробуя мечи на практике они сделали несколько научных открытий, как они считают, но мне кроме скальпеля и хозяйственного ножа както больше ничего по руке не пришлось. Нет, я честно постарался в свое время попробовать, чуть не отрубил алебардой Павлу Александровичу ноги и вывихнул себе руку, когда лезвие както ухитрилось воткнуться в землю. Ну, не мое это. Потому стараюсь свернуть разговор к чему – либо более мне понятному. Но кроме того, что здесь развернули летний кинотеатр на 100 мест – причем с попкорном, больше особых новостей нет. Все идет в штатном режиме.
– И что за кино кажут? – спрашиваю у Дункана МакЛауда.
– В основном всякие американские ленты, мы тут добыли чертову прорву.
– Ограбили кинотеатр?
– Ну в общем, да. На мультики детей собираем, а так в основном всякие приключения и боевики, для воспитания бесстрашности и отмороженности. Девочкам особенно нравится. Тут много про всяких красоток – суперсолдат, так что вполне. Пожалуй кроме Александроневских все остальные
