Человечество привычно к войнам. Любимые герои у людей – военачальники. Вся история – сплошные битвы. Потому, когда мир захлестнуло ордами восставших мертвецов, ничего особенного, в общем, и не произошло. Просто очередная война. Ну, немного другой противник, а так – дело известное.
Авторы: Берг Николай
рядом с радистом. Держа перед глазами бумажки выходят на связь. Для переговоров есть простейшая система шифровки, судя по тому, что говорит в микрофон Саша, они как раз этой азбукой и пользуются. Ну да, в Кронштадте очень хотели знать, что с разведкой, вот теперь узнают. И если я правильно понял, кто такая Алина в отделе должны знать, и наверное ей не поздоровится. Разговор идет довольно долго.
– Со дэсу нээ… Яппари – негромко говорит Ильяс, сидящий ко мне спиной.
– Ну да, вот так оно. И опять же многие думали, что группа накрылась – отвечаю я ему, благо его любимые японские словечки уже запомнил.
– Рёкай – соглашается Ильяс.
– Зря парня грохнули, в смысле упокоили – замечает Андрей.
– Почему это? – удивляюсь я.
– Вывели бы его под конный патруль, они бы на такую наживку клюнули. Либо спешились бы, либо подкрепление вызвали. Они ж его искали явно. Порадовались бы. Напоследок.
– Ээ… – соглашается пояпонски Ильяс.
– Ладно, поздно переигрывать, будем придерживаться начального варианта – конному патрулю показываем морфов, ждем гантрака и васяусосоо…
Возвращается Ремер, начинает молча прилаживать мешок на спину. Они уже успели подтянуть тело погибшего разведчика к нижней ветви, вне досягаемости зомбаков и примотали веревкой. Труп теперь останется целым. А хоронить… Ну как получится…
Брысь закончив переговоры по рации смотрит на часы, кивает. Встаем, двигаем дальше. Времени у нас мало, скоро должен проскочить конный патруль – два всадника из Ропши. Расписание у них весьма плавающее. Могут и раньше и позже проехать, но для наших слухачейоператоров пара лошадок на рыси слышна отлично больше чем за два километра и пока их не слышно. Лесная дорожка на которую мы вскоре выходим вся в следах от копыт, особенно в низинках, где сыро. И от колес тоже следов хватает, я не Серега, но вряд ли ошибусь – разного срока следы. Сами мы на дорогу не лезем, а вот парочка морфов располагается неподалеку – на той стороне. Теперь остается только ждать. Нас еще предупреждают, что к нам идет пара зомби, и, наконец, что засечены и опознаны две цели – кавалерия едет. Скора и мы слышим топоток. На этот раз патруль опоздал на полчаса, едут рысью, сторожко поглядывают по сторонам, один патрульный, как мне из кустов видно – щуплый подросток, второй – мужик, тоже не шибко крупный. Ну правильно, так лошадкам бежать куда удобнее, с малым грузомто. Автоматы у обоих патрулей под рукой. При обнаружении морфа вчера патруль не стрелял, потому надеюсь и эти в героев играть не будут. Не нужны нам эти кавалеристы, нам гантрак нужен, ЗИЛок с кунгом и пара языков. Кавалеристов же примут менты чуток подальше. У них вроде даже ктото на коне ездить умеет, так что глядишь и лошадки пригодятся.
Блондинка атакует стремительно и я даже пугаюсь, что она сейчас перелетит через дорогу к нам в гости. Кони засекают атаку моментально и дают такого стрекача, что Блондинке в этих гонках приз не светит. У коней только пятки сверкают – то есть они сверкают полированными подковами, на таком аллюре стрелять у патрулей не получится, а оставшаяся ни с чем морфиня тут же скрывается в кустах, где они и сидят с Мутабором. Если патрули сейчас начнут на морфиню охотится, придется из вышибать из седел, но оба жокея благоразумно держатся поодаль – мы их с трудом видим сквозь придорожный кустарник. Потоптавшись в отдалении пару минут трогают дальше, топоток удаляется.
Через некоторое время Саша получает от разномастного инженера невинную фразу, которая означает, что как и вчера патрульные вызвали гантрак, а инженер этот разговор засек. Теперь там соберутся, не торопясь, но и не слишком мешкая и прикатят. А тут уж как выйдет. Пока на нас вышла пара зомби, обоих упокоили. Но эти не последние, оператор Шура предупреждает – идут еще. Как будут вблизи – скажет.
– Это хорошо, что идут – неожиданно говорит Андрей.
– Запаримся стрелять – возражаю я ему.
– Чтоб запарится стрелять – надо сто лет на стрельбище прожить, да и то не надоест – говорит назидательно Серега. Видимо он понял идею Андрея. Хотя вроде как чтото говорили. Я тогда прослушал, да и вообще – мое дело морфы.
Все оказывается просто – ребята приволакивают одного из упокоенных поблизости мертвяков, аккуратно укладывают его на той стороне дороги – а я все это время стою и напряженно смотрю – не учудит ли что Мутабор с Блондинкой. Чтото кидают на упокоенного. Трех вышедших к нам зомби буквально выводят на лежащее тело, стрелять Брысь запретил и наши молодые шалопаи с длинными ивовыми прутьями, на которых насажены какието лохмотья буквально отводят зомбаков к их упокоенному собрату, помахивая прутиками перед их физиономиями. Зомбаки как дрессированные собачки бредут за этими приманками. И усаживаются жрать
