Человечество привычно к войнам. Любимые герои у людей – военачальники. Вся история – сплошные битвы. Потому, когда мир захлестнуло ордами восставших мертвецов, ничего особенного, в общем, и не произошло. Просто очередная война. Ну, немного другой противник, а так – дело известное.
Авторы: Берг Николай
– Дымогонь наблюдаешь? – доносится до меня от скрытого машиной красавца.
– Вроде нет – честно отвечаю я ему.
– Тогда поаккуратнее и если пыхнет – тут же прикрывай и опять огнетушителем туда! И к слову – ты в мертвой зоне, я тебя не вижу, потому поглядывай!
Я послушно озираюсь. Но вроде никого нет рядом. Так, теперь капот, аккуратно, осторожно… Поднятьто я его поднял, только радости никакой. Я не вижу, что тут горело, но вижу четко, что пара пуль тут побывала. Стоп машина… На всякий пожарный случай фукаю еще несколько раз, струи куда уже слабее, огнетушитель уже не дергается… Хлопаю капотом, прыгаю на землю и почти сталкиваюсь с незаметно из мертвой зоны подошедшим тихим зомби – сухощавой бабенкой лет пятидесяти в почти чистом кожаном плаще. Не нос к носу, тут мне повезло, расстояние в метр еще есть, совершенно автоматически, не думая, вскидываю зажатый в руках огнетушитель и лихорадочно жму. Струя, последняя, слабоватая уже, бьет тетке в физиономию и тетка стопорится. Швыряю в заиндевелое лицо пустой тихо сипящий баллон и шустро откатываюсь спиной назад, лишь бы выйти из непросматриваемого сектора. Ну прям как в кино! Которое зомбитреш, именно там все ВНЕЗАПНО! Хватаюсь за автомат, потом мигом передумав, начинаю тянуть ПБ. Тетка однако после такого привета ведет себя необычно – не преследует меня, как должно, а стоит столбиком. Оглядываюсь на напарника – он встревоженно вертит башкой на все 360 градусов.
Примороженная зомби еще не может сориентироваться, начинает медленно крутиться на месте, слепо шаря вокруг себя руками. Придти в себя я ей не даю, выстрел тут не сложный, только у меня с чегото руки трясутся, потому мажу первым, попадаю вторым. Красавец грустнеет, когда я ему докладываю про разбитый распределитель и следы рикошетов.
– А что ты паришьсято, свяжемся со своими, пришлют когонибудь нас забрать – успокаиваю я его.
– Ты не понимаешь, этих сукиных детей удалось из Ропши турнуть. Они сейчас звездой рванули, не до нас людям. А торчать тут, пока там разберуться – не сахар. По плану мы отсюда должны выбираться самостоятельно, кто ж знал, что сюда пара отморозков припрется – хмуро говорит красавчик.
– Ну а они, видишь, приперлись. Ты как уцелелто в фургоне? – наконец задаю я вартевшийся на языке вопрос.
– Повезло. Все таки не зря толковали, что у людоедов башка тупеет. Положеното по уму сначала очередь дать выше, а вторую уже по полу вести, когда все, кого не зацепило первой, залягут. А он с чегото наоборот – сначала по полу, а потом по верху. Впрочем, будь у меня мои ноги, он бы их отстриг, там бы я уже не боец был. Еще повезло, что он решил такого неумеху как ты голыми руками взять. Без обид, ладно? Ты ведь его не видел вообще? – миролюбиво, но вроде как с ехидинкой неуловимой, спрашивает безногий.
Мне остается только вздохнуть. Ну да, не видел. И не слышал.
– Ладно, все хорошо, что хорошо кончается – подводит итог калека.
– Еще не кончилось. Нам бы отсюда ноги унести стоило. Грохотом мы сюда зомби собрали, кончится запись – они на нас попрут. Можно всетаки в фургон засесть, там не достанут. Или как? – возвращаю я своего утешителя из эмпиреев на грешную землю.
– Да нет, спасибо, я уже както насиделся – несколько путано, но тем не менее понятно отвечает собеседник.
До меня доходит, что вообщето он ухитрился засечь парочку людоедов в лесу, както управлял своими тарахтелками и не только управлял, но и одного из них ухитрился завалить, а потом выжил в расстрелянном вдрызг фургончике, отделавшись только искалеченными протезами… тоже кстати потеря серьезная, это ведь все подгоняется строго индивидуально. И в принципе если бы не этот калека, скорее всего нас бы уделали очень быстро и легко, я на дереве сидел не слишком заморачиваясь маскировкой, а ребятишки судя по всему не без опыта на нас вышли и уж точно не без наглости – поперли ж прямо на звук танков, не хухрымухры на танки переть…
– К слову боеприпаса у нас тоже маловато – замечает как бы ненавязчиво инвалид. Этак с намеком. До меня доходит смысл – надо собрать с убитых все, что может пригодится.
– И в фургоне есть буханка хлеба – кобылу эту бы неплохо подманить. Больше то, кроме тебя, перевозочных средств не осталось – и авто и квадры меховой ушанкой накрылись – продолжает намекать весьма прозрачно красавчик.
– Вот уж с кем дел не имел, так это с лошадьми – опасливо отвечаю я на эти намеки.
– Домашняя живность была? – хмыкает он.
– Хомячки, аквариумные рыбки, коты и собака – ставлю я точки над И.
– С таким набором разностороннего опыта легко с лошадью справишься – утешает и воодушевляет меня инвалид.
– Да прямо… Самто на лошадях ездил? – интересуюсь я у будущего рейтара.
– Нет, весь опыт общения – когда
