Человечество привычно к войнам. Любимые герои у людей – военачальники. Вся история – сплошные битвы. Потому, когда мир захлестнуло ордами восставших мертвецов, ничего особенного, в общем, и не произошло. Просто очередная война. Ну, немного другой противник, а так – дело известное.
Авторы: Берг Николай
и ухом не ведет. Тогда наездник осторожно трогает конину культями в бока и показывает наглядно самодельный стек.
Лошадка делает шаг, другой.
– Уф! – не сговариваясь выдыхаем воздух.
– Тпру! – говорит красавец. Опять без толку. Тянет на себя уздечку. Лошадка останавливается и получает еще хлеба. А я поспешно собираю все, что может нам пригодится при отступлении. Красавец меня понукает – времени у нас немного, опять же планировался наш отход на машине, а не на лошади. Есть разница. Брать приходится довольно много – и если с трофейным пулеметом все сошлось отлично – у седла приделан самокройный мешоккобура как раз для пулемета, то с остальными вещами, чуточку посложнее. Да еще решаем, что убитых людоедов нельзя так просто оставить, потому приходится мне бегать с лесенкой, что помогла мне на дуб залезть, и мудрить, дабы привязанной к луке седла веревкой и одной лошадиной силой затянуть оба трупа на деревья, вне досягаемости для зомбаков. Чтобы подступиться к тому, валяющемуся в кустах между разбитыми квадрами, приходится пристрелить пару остервенело жрущих его зомбаков, в очередной раз удивляюсь тому, как ухитряются зомбы рвать особо прочные ткани своими зубами, живой человек мне кажется так не сможет. Наконец, оба тела висят метрах в трех от земли, нам можно ехать. И я с облегчением невероятным покидаю полянку с мирно стоящей на ней продырявленной машиной и свисающими с сучьев трупами.
Лошадка попрежнему внимательнейшим образом наблюдает за стеком, изящно изогнув шею и кося глазом. Впрочем, несколько раз, когда двигая по дорожке, мы оказывались рядом с зомби – она особым образом фыркала и ускоряла шаги. Отличный индикатор мы получили. Четверых, оказавшихся слишком близко, приходится пристрелить, остальные не обращают на нас внимания, получается кобылка имеет больший радиус обнаружения, чем мертвяки. Калека явно знает, куда ехать, ориентируется отлично и через минут двадцать ходьбы по лесу мы занимаем позицию на лугу. В самом центре луга кустарник, вполне достаточный для того, чтобы там болееменее спрятать лошадь и самим укрыться. Рассчитывал, что в теньке посидим, но кустарник какойто жидкий, солнце палит немилосердно и чертовых изумрудных мух откудато налетело, жужжат заразы. Или в ушах шумит после звукопостановки чертового Чечако?
Красавец объяснил, что по плану здесь пункт встречи с нашими, по времени уже должны бы подъехать. Они и подъезжают, а когда из вставшего на полянке джипа начинают тянуть длинное и тяжелое тело миномета, а из второго джипа вылезает Павел Александрович, я испытываю нескрываемое облегчение. Мой спутник связывается по спрятавшейся в его ладони рации с кемто из этой артели и вскоре к кустам подходит пара человек с автоматами наизготовку.
– Гляди – лошадь! – удивленно заявляет тот, что шел слева. Разглядел, наконецто!
А второй шугается, потому как подошел совсем близко к нам и высунувшийся из травы красавец его напугал. Накидочкуто с покойного людоеда мы сняли, хорошая оказалась накидканевидимка. Помогаю в третий раз напарнику залезть на лошадку и мы всей кучей подходим к Павлу Александровичу. Тот на нас и не смотрит, чтото в тетрадке прикидывает, топает ногами зачемто, смотрит на отпечатки, потом кивает глядящим на него подчиненным.
– Тут вот ставим! – приказывает он.
Здоровяк с красной мордой, както вроде даже с ненавистью, с размаху чвакает в указанном месте опорную плиту миномета, буквально вбивая ее в землю, тут же в стальной сустав вставляют ствол и начинают ладить станинудвуногу, чтото интенсивно винтяткрутят. Вполголоса переругиваясь. А я его узнал. Только когда Ракша закатила ему выговор, жестко пресекая все попытки отмазок по поводу злосчастного арбидола, физиономия у него была розовая, этакая «кровь с молоком». А теперь он красный как рак. И мне это не очень нравится.
Видно, что ребята не спецы. Но явно тренировка пошла на пользу.
– Миномет к бою готов! – немножко рисуясь, докладывает тот, что с виду постарше.
Павел Александрович кивает и винтит к стоящему в готовности агрегату чтото небольшое, видимо ценное, очень уж он аккуратен в движениях. Прицел наверное, или как его там правильно называть – успеваю разглядеть черный резиновый наглазник. Кивает сам себе головой, потом велит сидящему у джипа крепышу:
– Капрал, взрыватель осколочный, заряд дальнобойный.
Тот начинает химичить с тушкой мины. Мне почемуто кажется, что в конце, примотав мешочки с допзарядом пороха, этот самый капрал впихивает вместо капсуля самый обыкновенный охотничий патрон.
– Юргент, связь?
Отрывается от нормальной рации крепкий парень в американском камуфле, чемто на Вин Дизеля похожий и отвечает, что «еще Славентий не
