Человечество привычно к войнам. Любимые герои у людей – военачальники. Вся история – сплошные битвы. Потому, когда мир захлестнуло ордами восставших мертвецов, ничего особенного, в общем, и не произошло. Просто очередная война. Ну, немного другой противник, а так – дело известное.
Авторы: Берг Николай
с чегото начать. Ясно, что за нашими подопечными ктото заехать должен – судя по довольному виду блондина, железный ящик выдал обнадеживающие сведения. Наши, значит, ломят. Шведы, соответственно, гнутся. Ну не шведы. Не суть. Разгром уже пошел, теперь добиваются остаточные группки, как говорилось раньше. Это уже не серьезно. Но намто и остаточной группки хватить может. Пара гранат из банального гранатомета в дверь и окна, не говоря уж о чемто более свирепом, типа современных огнеметов – и все, абгемахт. Да и пулемет тут тоже для нас страшен – показывал, было дело, Серега для детишек и прочих малограмотных, как ручной пулемет прошибает навылет бетонные плиты, лестничные марши и бревна.
Потому первым делом бегу опять вниз и, потарабанив вежливо в запертую дверь чулана, окликаю пленницу. Та отзывается тут же и просит ее выпустить. Я бы вообщето ее и впрямь выпустил, кабы не прямой запрет блондина. Об этом ей тут же и говорю, поясняя, что опасно – пока наши не приедут. Называю себя, она тоже представляется. Вот и ладно, уже контакт есть. Оказывается она тут и раньше в домработницах была, повезло, что новые хозяева ленивые и готовить не умеют. Все за капутерами своими сидят, потому ее не тронули, напугали правда до седых волос, но живой оставили. Вот некоторым другим повезло меньше – и садовнику и горничной и дворнику, все теперь в той комнатке, хозяйка капризная очень ей угодить было трудно. Домработницу и кухарку тоже пару раз пугала, что кончит, но стряпня хозяину нравилась, так что вот так вот.
Слушаю ее и прикидываю – а стоит ей говорить, что хозяева ее – помре? Причем уже насовсем помре? Такто если сказать – оно ее впечатлит. Наверное. А если это ее вообще дети, например, и она мне голову морочит? Или ее родичи приехать должны и она в самый ненужный момент заорет, что тут засада? Опросить и замотать ей рот? Да не настолько я Ремба, чтоб тут этими экзерцициями заниматься. Не к месту вспоминается недавний пациент – привезли его с вилкой в глазу. С пожилой соседкой поругался. Охота мне получить вилкой в глаз? Прислушиваюсь к ощущениям. Нет, определенно не охота. И про то, что ее покойные хозяева нынче покойны – промолчу.
Беседу провел быстро, но толком не узнал ничего конкретного. Быстрый обыск ничего особенного не дал, женских шмоток кучи, меховых вещей полно, обуви. Как у голливудской звезды после месячного запойного шоппинга, но все это не то, что мне нужно. По дороге снял без особой проблемы двенадцать перстней с рук девахи, все они соскочили с тонких восковых пальчиков легко, только темноватый тонкий перстенек из не гармонировавшего с роскошными перстнями серебра, на пальчике сидел плотно. Я его и оставил. Так и доложился инвалиду, ссыпав перед ним на стол половину из драгоценностей.
– Значит машину взяла некая Нелли? – уточнил калека.
– Да. Жып утром взяла, как раз перед стрельбой. Обычно приезжала вечером – этито покойные домоседы были. Патроны нашел только к дробовику, да к пистолетам.
– Что ж, тогда ждем. Наши скоро будут. Жалко, что тетеха не знает, куда они драпать собирались. Про пугалки спросил? Ну эти, ультразвуки?
– А ей запрещали от дома отходить – так что вроде как не в курсе. Может я пойду угомоню этих зомбаков? Ну эти. Проштрафившиеся слуги? Мне с ними в одном доме както неуютно. Тетка говорит – сама их боится, а вот хозяйка их того, шугала.
– Зомбаков? Чем интересно?
– Ну, тетка говорит – стимул у хозяйки был – поясняю я, не очень впрочем понимая – что в данном случае значит слово стимул. Ослов погоняли в Риме острой палкой, так ее и называли. Сейчас ослов стимулируют иначе.
– На девахе какиенибудь электронные вещуги были? – уточняет блондин.
– Нет, никаких девайсов не было. Точно.
– Ладно, пошли глянем на этих зомби – решает красавец.
Загадка разрешается очень быстро – на легком столике у двери комнатки с запертыми мертвяками лежит довольно длинный жезл. Или палка? В общем мне его хочется назвать стрекалом для скота – в игре про «Фаллаут» как раз такое было у рабовладельцев. К холодному оружию относилось. Беру стимул в руку, нажимаю кнопку. Жезл тихо трещит электрическими разрядами.
– На шокер похоже – замечает снизу инвалид, внимательно наблюдающий за моими действиями.
– Шокеры на зомбов не действуют – напоминаю я ему.
– В курсе. Ну, открывай дверь, я страхую.
Дверь открывается и на меня вываливается смесь духов и ацетона с легким привкусом падали. В полупустой комнате четыре человека. Бывших человека. Они чистые, без кровищи, сразу отмечаю на одном яркооранжевый комбинезон, другая фигурка – очень изящная – в дурацком наряде французской горничной. Совершенно непроизвольно трещу стрекалом. Зомби както испуганно начинают неуверенно, но поспешно, двигаться
