Человечество привычно к войнам. Любимые герои у людей – военачальники. Вся история – сплошные битвы. Потому, когда мир захлестнуло ордами восставших мертвецов, ничего особенного, в общем, и не произошло. Просто очередная война. Ну, немного другой противник, а так – дело известное.
Авторы: Берг Николай
лежал… – отзываюсь я, судорожно вспоминая, что рассказывал о своем анабазисе Мельников.
– Так ведь четкий пример везения, а? Прям как в телевизоре – торжествует молодой.
– Ну я бы не сказал – осторожно говорю я в ответ.
– Это почему же? – интересуется Чечако, совершенно невинным движением доставая из кармана какуюто девайсину, которая на мой непросвященный взгляд очень напоминает диктофон.
– Ты это что надумал? – подозрительно спрашиваю его, косясь на аппарат.
– Ничего особенного. Маленький репортажик на радио ФМ Кронштадт «Приключения русского американца». Это будет шедевр! Гвоздь программы! Ты уж не подкачай – подмигивает он мне.
– Да ну тебя к черту с твоим сатанинским устройством. Не буду я под диктофон распространяться.
– Не возмущайтесь – както обреченно говорит Чарджер – он все равно запишет. Даже если спрячет. Не обращайте внимания, нам про этого американца много чего рассказывали, так что может мой любопытнейший коллега и прав, послушать про эти приключения возможно не только интересно, но и поучительно окажется.
– Ну заранее предупреждаю – я вам не артист разговорного жанра, потому цветастостей не будет. Буду излагать строго и сухо.
– Как в милицейском протоколе? – наивным девочкиным голосом интересуется Чечако.
– Еще суше! – злобно огрызаюсь я, потом вспоминаю какие сухари сушил в своих протоколах Димаопер и сбавляю тон.
– Итак, один из лучших врачей нашего городакрепости расскажет нам, дорогие радиослушатели и радиослушательницы, потрясающую историю своего уникального пациента, русского американца, который ради того, чтобы встретиться с семьей, преодолел половину Соединенных Штатов Америки, просторы вод – Атлантический океан, Средиземное и Балтийское моря и сейчас надо полагать – после стремительного броска по новооткрытому Московскому шоссе – уже обнимает своих любимых родственников – слащавым и фальшивым радиоголосом восторженно возглашает Чечако, потом подсовывает диктофончик поближе ко мне.
– Ты что, глумишься или юродствуешь? – уточняю я.
– Каждый делает свое дело, я ж тебя не учу лечить, а ты уж воздержись от того, чтоб меня поучать. Я на этом деле собаку съел – без такого вступления не обойтись, оно долно выдавить слезы у слушательниц! – нормальным голосом парирует радиоведущий.
– Ну ладно. Только я в твои игры играть не умею, говорить таким фанфарным тоном не смогу.
– Пустяк! Где надо смонтируем – все пойдет на ура, не впервой. Ты имеешь дело с профи от радио и вещания! – утешает меня Чечако.
– Этото меня и беспокоит – признаюсь я.
– Можешь не тянуть резину, у меня тут запись два часа длится, на все хватит.
– Я не собираюсь тут с тобой балаболить столько времени, мне к своим уже пора! – пугаюсь я перспективы сидеть и отвечать на всякие дурацкие вопросы.
– Пока в Ропшу соваться не стоит – идет зачистка, да и дым еще не развеялся – поясняет блондин.
– Какой еще дым? – удивляюсь я.
– Твои приятели нашли склад спецхимсредств и пол Ропши в слезогоне теперь. Ветерок сегодня слабый, потому без противогаза там не уютно. Про тебя я им сообщил, но они пока без медицины обойдутся, привет передавали – поясняет инвалид.
– Итак? – намекающее напоминает Чечако.
– Так вот касаемо пациента, то есть путешественника – у меня не сложилось впечатление, что он везунчик. Вопервых, он очень предусмотрительный. Вовторых, действительно все планирует. Ну и в – третьих, тренируется все время, то есть поддерживает постоянно хорошую физическую форму. А вот как только он расслаблялся – так сразу все шло наперекосяк.
– Ты сегодня опилками завтракал? – ядовито вопрошает Чечако.
– Почему?
– Речь у тебя древесностружечная. Ты полюдски говорить умеешь? Передачу будут женщины слушать. А тут вместо приключений чтение статистического отчета мебельной фабрики г. Вифлеемска за 1867 год. Вон видишь на подоконнике дохлая муха? Так это она от твоей речи сдохла. Я видел, честно!
– Говорю, как умею. А тебе если не нравится – ты по принципу производства речей царя Бориса – наруби из записанного со мной алфавит и монтируй потом слова в надлежащем виде из букв. Как тебе угодно. Так вот пациент именно все время анализировал все происходящее и планировал все время. Вот смотрите сами – приехал он в аэропорт когда – в самом начале Беды, когда еще все непонятно было. Американское руководство тоже не шибкото преуспело в отражении Беды. Я обратил внимание, что и ехал он в мотокостюмчике с защитой и в перчатках. Доводилось видеть травмы мотоциклистов которых об асфальт потерло? Нет? Ну так очень похоже на того кота, который об наждачку так задницу вытер, что одни уши остались. Значит – уже имеем дело с человеком,
