Человечество привычно к войнам. Любимые герои у людей – военачальники. Вся история – сплошные битвы. Потому, когда мир захлестнуло ордами восставших мертвецов, ничего особенного, в общем, и не произошло. Просто очередная война. Ну, немного другой противник, а так – дело известное.
Авторы: Берг Николай
– Ну а это зачем? – спрашиваю его.
– Нарукавная повязка. До этого у тех, кто штурмовал Ропшу были зеленого цвета. Теперь смена на оранжевые. Чтобы отличать чужих от своих.
– Позвольте, а почему мне ничего не выдали?
– Вашей группе, как и всем остальным из участвующих в операции, их надеть было должно после захвата этого самого танка и ряда похожих действий других групп. Не стоило светиться до того. А потом ваш компаньон от волнения забыл повязки захватить из фургона. Да и поздно стало. Но я надеюсь, что это останется между нами?
– Ну да – говорю я, вылезая из машины и напяливая на задубевший рукав повязку.
Странно, но както пощипывает в носу и вроде как глаза начинают чуточку слезиться. Непонятное ощущение. А еще шмонит горелым мясом и паленой шерстью. Я одновременно замечаю два разных предмета – маленький убогий костерок, над которым подвешена жареная крыса и Енота, наблюдающего за нами изза бетонной баррикады. Он чтото неторопливо жует и вид у него хмурый.
– И здравствуйте! – раздается голос Чарджера.
– И вам того же и туда же – невнятно откликается Енот, поглядывая и по сторонам и на остановившиеся поодаль остальные машины инженерной группы. Видок у Енота еще тот – его словно на свечке закоптили, только физиономия чистая. Когда я подхожу к нему поближе, замечаю, что она словно припудрена чемто белым. Воняет от Енота кисловатым запахом горелого пороха.
– Что это ты как маркиз какойто? – спрашиваю я его.
– Ты о чем? – настороженно откликается хромой.
– Физиомордия у тебя чемто припудрена – поясняю ему.
– Противогаз был здорово тальком присыпан, а кожа потная – нехотя отвечает он.
– Ну, как наши?
– Все живы и здоровы, так что твои коновальские навыки пока без надобности. Есть будешь? – деловито осведомляется Енот. Впрочем, у него всегда деловой вид. Даже когда спит.
– А чем угощаете? – осведомляется подошедший Чарджер.
– Кого чем. Как по штату положено – не оченьто приветливо бурчит хромой. Впрочем инженер и ухом не ведет. Я вижу, что они знакомы, может только шапочно, но точно знакомы.
– И крысятина тоже входит в меню? – иронично замечает инженер, разглядывая унылый костерок.
– А то ж! Вот там это чувак с радио? – прищуривается Енот.
– Это вы про Чечако? Да, он радиоведущий помимо всего прочего – кивает инженер.
– Значит не зря готовил, чуяло сердце и пятая точка. Вы тут руками особенното не хватайтесь, слезогон у ментов нажористый оказался, потом будете этими лапами себе глаза тереть. Ладно, залезайте – кивает хромой.
– Погодите, кофе захвачу. Вы кофе будете? – спрашивает он нас.
– Не. Лучше чай – заявляет хромой.
– Чай у меня тоже есть – невозмутимо парирует Чарджер и действительно вытягивает из машины два здоровенных стальных термоса. Я и не заметил, когда он этим запасся.
За кольцевой баррикадой оказывается довольно места до танка, чтобы разойтись двум человекам. Получился такой широкий окопчик между бетонными блоками и танком. Полно насыпано разных гильз и вижу очень много весьма характерных предметов которые даже на мой непросвященный взгляд выглядят как колечки с чеками от гранат. Тут же несколько пустых ящиков, в одной сиротливо завалялись три непонятные штуковины, которые я вижу впервые – судя по колечкам и предохранительным чекам – это тоже, наверное, гранаты. Только выглядят они стремно – словно смесь лампочки, насадки для душа и наконечника вибромассажера, причем из черного не то пластика, не то резины. Брать их в руки както боязно. Стоит прислоненная к бетону труба гранатомета «Муха», но явно стреляная. Здесь же лежит стопка картонных коробок, невзрачных с черной текстом на бежевом картоне, успеваю схватить взглядом только «ООО Серпуховский МПК» и «индивидуальный рацион питания». Верхняя вскрыта и в ней видны консервные банки и какието пакетики. Тут же Енотов ресторан – ящик, накрытый чистым белым полотенцем, на нем фляжка, пачка галет и еще какието вещички. Правда, первое что замечаю – вермахтовская ложковилка из нержавейки. Инженер аккуратно ставит свои термоса на стол и упруго запрыгивает на корму танка. Ловко у него получается. Хотя с виду и не скажешь – у мужчин его возраста некая округлость фигуры может означать и дряблое бессилие и взрослую матерость. Этот инженер явно из вторых, спортом точно занимается потому забрался на заглядение шустро.
– Эй, куда? – настороженно окликает Енот.
– Впервые могу вот так полазить по редкой модели КВ! Тем более тут все родное, ничего не поменяли, очень интересно – откликается инженер, уже удобно расположившийся на четвереньках и чтото с любопытством разглядывающий в моторном отсеке.
– А куда вы люки подевали с трансмиссионного
