Человечество привычно к войнам. Любимые герои у людей – военачальники. Вся история – сплошные битвы. Потому, когда мир захлестнуло ордами восставших мертвецов, ничего особенного, в общем, и не произошло. Просто очередная война. Ну, немного другой противник, а так – дело известное.
Авторы: Берг Николай
легкое было, вылечился. Мне самой помощь нужна, роддом мне нужен. Нет, не сейчас, но довольно скоро уже. И чтоб меня там приняли как свою и платить было чем и чтоб хорошо роды приняли.
– И он тебя одну отпустил? Странно както…
– А чего странного – ощетинилась Ирка – в деревне двадцать бабенок, а мужиков два – мой, да старый алкоголик, которому бабы нужны только для того, чтоб выпивки поклянчить. Ясно выражаюсь?
– Ну а то ж – примирительно развел руками десятник, а кудлатая еле успела спрятать ехидную улыбочку, дернувшую уголки ее губ. Остальные помалкивали, не лыбились, не кинулись подначивать. Дисциплинка в группе имелась. Да и сам разговорчик, как догадалась Ира, был не просто любопытства ради.
– Раз ясно, чего ухмылятьсято – уже остывая пробурчала Ириха.
– Забудь. Проехали. Так вот да, у нас неплохо платят и да, есть соцпакет. То же медобслуживание – на отлично. Так что подумай. Нам люди толковые нужны, а ты вполне годишься. А корпоративчик – тут десятник блеснул хорошими зубами – мы и сами сбацаем.
– А как тут у вас с роддомом?
Десятник поморщился. С ближайшим роддомом было плохо. Его выбили чуть ли не первым в городе, потому как ухитрились роженицу привезти с укусом, а женщина, как на грех, оказалась мощной. Потом прошла, умерев, словно танк по отделениям и охрана не вспопашилась вовремя, то есть умершую пытались удержать деликатно, как нормальные мужики удерживали бы съехавшую с катушек от родового психоза роженицу, но никак не так, как было надо треножить обернувшуюся зомби. Тогда этого еще никто не умел. Да и умел бы если – подними руку, попробуй, на беременнуюто. Роддом потом почистили, но паршиво, неумело, половина в итоге сгорела вообще, да бабища эта, отожравшаяся на младенцах, вынесла аж четырех бойцов. Первый для них это мутант был. И последним оказался. Паршиво вышло с роддомом. Потому теперь конечно роды принимали, была пара фельдшеров, но только нормальные роды, без осложнений. Впрочем, новенькая в команде производила впечатление бабы, которая в поле может родить и тут же косить, прясть, жать, что там еще полагалось сразу после родовто.
Ира поняла неловкое молчание правильно. А когда десятник стал расписывать успешную работу местного фельдшерского пункта, мрачно промолвила:
– Таз у меня узкий, осложнения возможны.
Десятник выразительно, с сомнением глянул на ширококостную фигуру новенькой, но кудлатая кивнула, подтверждая, что узкий таз не то же самое, что широкая задница.
– Ну так все равно стоит здесь хотя бы подзаработать. Чтоб было чем платить, когда приспичит.
И десятник пространно и четко описал довольно заковыристую систему оплаты труда, которую приняли в здешнем анклаве. Власть, испарившаяся в первые дни, отсутствовала недолго, как весьма вкусную вещь ее тут же подобрали кто понахрапистее, потом в анклаве была разборка по ходу дела со стрельбой и переговорами в итоге этих «всенародных выборов» ситуация вроде устаканилось.
– И кто все это рассчитывает? – удивилась Ирина, услышавшая, что разумеется есть разные расценки на «обычные зомбообъекты», «подвижные зомбообъекты» и совсем дорого на «мутировавшие зомбообъекты», все строго научно рассчитано и в общем особых сложностей не вызывает, да и все равно это скорее премии.
– А бухгалтерия и рассчитывает, тем более это премии, так как основная плата за выполнение задач, а не за головы неупокоенных сограждан. Вот выезд бригадой и обеспечение работ – это основной платеж. Если не целевая чистка – тогда задание по головам идет – пояснил внимательно слушавший крепыш.
– Могу тебе схему показать, там все просто. Бухгалтерия… – начал растолковывать десятник, но Ира скрипнув неожиданно для себя зубами зло перебила:
– Ненавижу!
– Кого? – удивился ее собеседник, только что начавший рисовать всякие цыфири с процентами на бумажке.
– Бухгалтеров. Ладно, я поняла. В общих чертах – остывая сказала Ирка.
– Но все – таки настроена уехать? А как там будешь подмолачивать? – сухо спросил десятник.
– Ладно, чего темнишьто? Люди нужны, так ведь? И так нужны, что даже я стрелком гожусь? – ляпнула наобум Ирина и тут же поняла, что угадала.
Десятник покряхтел, отвел глаза. А что ему было сказать? Да, даже эта не слишком приветливая деваха была нужна позарез. И люди вроде бы были и даже мужики и в «Пункте спасения» едоков было до черта, но именно едоков. Таких, что за в общемто не шибко жирный кусок лезли бы на рожон, рискуя шкурой понастоящему, было очень немного. А людей, на которых можно было б положиться в горячем деле – не было лишних, все уже были при деле. Десятник отлично помнил, как взятый в команду идиот ухитрился одной очередью свалить двух человек своих же – так испугался
