Человечество привычно к войнам. Любимые герои у людей – военачальники. Вся история – сплошные битвы. Потому, когда мир захлестнуло ордами восставших мертвецов, ничего особенного, в общем, и не произошло. Просто очередная война. Ну, немного другой противник, а так – дело известное.
Авторы: Берг Николай
на нем богато.
– Ясно – задумчиво резюмирует лейтенантик. Парочка охламонов не рассыпаясь в любезностях просто идет к своему грузовику и едет набивать кузов.
– Кота еще этот синий потерял – замечаю я.
– Кошководто? Да он в каждом эпизоде котов теряет. Они у него как камикадзе, одноразовые – хмуро говорит лейтенантик.
– То есть как? – сильно удивляюсь я котукамикадзе.
– Так, очень просто – в случае чего он кота вперед себя пускает – в квартиру например или в другой темный угол, или если зомбаков многовато или шустеры. Зомби на кота реагируют, как на самый быстрый объект, а он этим пользуется. Правда обычно кошаки все же выживают, просто улепетывают. А здесь – не знаю, тут же кошек ненавидят, так что вполне мог котофея и перед БТР бросить, чтоб отвлеклись, им же вроде за убитого кота грехи прощались. Но за кота нам страховку платить не надо, а вот за Лимона многовато выйдет.
– Помоему он здорово болен был, больно уж кожа желтая, да белки тоже – делюсь с лейтенантом замеченными симптомами.
– Да, хронический гепатит. Как стал доходить до края – пошел в наемники. Так – то он мужик неплохой был, и решение его вполне одобряю, между нами говоря, но страховка великовата выходит. Не порадуются. Да и без толку это – он же ради семьи на дело пошел, чтоб свою жену с дочкой обеспечить, но им это короткая жвачка – и жена его вся такая гламурная и дочка мечтала замуж в Америку или Канаду выйти. Запросы у них такие, что страховка улетит в момент. И без толку. На гламур и погремушки типа этого станиоля на кустах. Ладно, не наше дело. Пошли смотреть, как подопечные коттеджи штурмовали. Ваш следопыт составит нам компанию? – с намеком глядит на нашего чистящего свой пулемет знатока следов лейтенантик.
Серега не чинясь, спокойно но быстро собирает недочищенный пулемет (впрочем, основная чистка все равно через день, когда весь нагар из микротрещинок повылезает) и встает, показывая, что да – готов.
Совершенно неожиданно заявляет, что тоже пойдет изучить опыт штурмовой морфогруппы и Енот. На вопросительный взгляд Ремера исчерпывающе поясняет:
– Вы тут носились, как очумелые, а я в танке потел, сидя сидючи сиднем. Можно же и прогуляться по свежему воздуху? Тварь я дрожащая или право имею? – подпускает он в свой голос патетики.
Ремер хмыкает, пожимает плечами. Смотрит на майора. Тот коротко говорит:
– Не возражаю. Андрей – за танком присмотри. Капитан – за старшего.
– Есть! – отвечает вполголоса снайпер. Ремер кивает.
– Зря идешь – ехидно заявляет Ильяс Еноту – из коттеджей ничего упереть не дадут, там сейчас в полный мах менты следствие свое проводят и все подряд относится к уликам и вещдокам.
– Каждому свое. Йедем дас зайне – свысока парирует хромой – и корысть не самое главное, что можно почерпнуть в посещении поле боя. Вот знания о противнике – это куда более ценные вещи. Чем всякие золотые зубы!
Ильяс щурит глаза, покряхтывает. Но в пикировку не лезет. Саша в свое время отметил, что у Ильяса видеодрайвер в мозгу староватый. Записывает медленно. Зато память большая в терабайтах и все свои обиды Ильяс помнит отлично. Ну у нашего связиста все ассоциации с компьютерным уклоном, но иногда мне кажется, что в голове у Ильяса и впрямь студия записи. Впрочем, записывать ему долго не удается. Выслушав чтото в щелкнувшей вызовом рации майор тут же озадачивает степенного снайпера.
– Дима сообщил, что какието гуси дикие взялись наш склад тараканить. Ильяс – давай ка их утопырь! Я сейчас с комендачами свяжусь, чтоб патруль прислали. Но свой глаз – алмаз, я знаю, что там всего много, но ведь неровен час…
– Уже бегу! – озабоченно срывается с места обычно медлительный сибарит.
– Пошли? – совсем не приказным тоном говорит майор и мы двигаем туда, где совеем недавно процветала местная власть.
Местное население и впрямь не встречает нас цветами, видим куда меньше жителей, чем полагается по дневному времени такому поселку. Тут острее воняет прошедшей завесой слезогонки, но кроме елочной новогодней нелепой лапши станиолевых диполей и запаха ничего не говорит о том, что в поселке был бой. Впрочем, когда мы сворачиваем за угол картинка меняется – догорающий дом, полуобгоревщий забор, высокий, крепкий с приколоченным к нему у распахнутых ворот скелетиком кошки и следы пуль на стенках и самого дома и вокруг, гильзы под ногами.
– Это коттедж? – не очень удачно спрашиваю я.
– Нет, это так, жилье среднего уровня прислуги. Оказали сопротивление, получили в окно «Шмеля». Мы сначала зайдем к амбаруловушке, где Мут разжился своим войском – поясняет лейтенантик, начав говорить вроде мне, а на последней фразе уже повернувшись к майору. Странное впечатление – и майор и лейтенантик держатся как старшие,
