Подозреваются все

потом такой эффект. Вас не было при этом… но спросите капитана!..
— Он мог вынуть его двумя неделями раньше, за две недели все бы уже осело.
— Не знаю, мушек, наверное, было бы меньше — ведь вылетел бы целый рой. Хотя я не представляю, в каком темпе они выводятся…
— Ну хорошо, это выясним. Допустим, что он вынул ключ из ящика, достаточно, что он у него был. Что дальше?
— Дальше он выбирает время… Ах нет, сначала звонит… Сейчас, сейчас…
Я сидела, уставившись на прокурора. Он, в свою очередь, приглядывался ко мне каким-то рассеянным взглядом, как будто только что думал о чем-то другом, а теперь снова пытается сосредоточиться.
— О чем вы думаете?
— Звонок был в 12.15, задушили его, самое раннее, пятнадцать минут спустя… Что это значит?
— Это значит, что убийца разговаривал с ним в течение пятнадцати минут.
— Это мне не нравится. Невозможно, чтобы убийца пошёл на такой риск. В течение пятнадцати минут он находится за пределами видимости окружающих, а потом совершает убийство? Это верх неосторожности!
— И все же мы не можем этого исключить. Каждое преступление является колоссальным риском. Действительно, разумнее было бы признать что звонил и разговаривал с ним один, а убил другой. Сейчас мы к этому вернёмся, а пока не отвлекайтесь. Оставим пока телефонный звонок и разговор и приступим к самому убийству.
— Ну хорошо, пусть будет так. Он выбирает время, когда в приёмной никого нет… Если это была Ядвига, ей было бы достаточно, чтоб не было Веси, но та, как известно, полдня просидела в центральной комнате, значительно облегчая совершение преступления. Итак, в приёмной никого нет, он входит в конференц-зал и запирает дверь на ключ…
— Мне это кажется довольно бессмысленным, — неохотно сказал прокурор. — Разве вас не удивило бы, что кто-то входит в комнату и запирает дверь на ключ?
— Удивило бы, ну и что из этого? Во-первых, он запер только одну дверь, а во-вторых, даже очень удивлённая я не бросилась бы бежать с испуганным криком. Я ждала бы, что будет дальше, а он в это время мог спокойно оглушить меня дыроколом.
— А сначала ещё попросил бы, чтобы вы любезно повернулись спиной…
— О Боже, вы снова не все знаете! Со мной бы такой номер не прошёл, но с Тадеушем!.. Из окна нашего конференц-зала прекрасный вид на окна нашей амбулатории, а там работает необыкновенной красоты медсестра. Нет такого мужчины в нашей мастерской, который не обернулся бы, если бы кто-то крикнул: «О, прекрасная Зося в окошке!» — Ах, так? — внезапно заинтересовался прокурор. — Действительно такая красивая?
— Да, — с жаром ответила я. — Рост метр семьдесят, прекрасная фигура, брюнетка, истинная Юнона!
— А… нет, Юнона отпадает… — проворчал прокурор, сразу теряя интерес.
— Не в вашем вкусе? Возможно, но я думаю, что туда взглянули бы и вы. А Тадеуш был без ума от этой юной богини.
— Да, это объясняет… Интересно, что мы ещё узнаем? Пока возникает вопрос: а из окна амбулатории не было видно, что делается в конференц-зале?
— Это исключено. Все дело в том, что то окно находится ниже, поэтому от нас прекрасно видно, что делается там, а от них можно увидеть только того, кто выглядывает в окно. Это отпадает.
— Вернёмся к теме. Теперь он должен отпереть дверь кабинета и как можно быстрей выйти в приёмную так, чтобы его никто не заметил. Дверь он не отпер: или поглупел от волнения и забыл, или кто-то ему помешал. Может быть, он услышал, что в кабинете кто-то есть и не хотел скрипеть ключом?
— Сейчас, взглянем на эту решающую четверть часа…
Прокурор вынул свои записи, а я заглянула в наш график. Что происходило между 12.30 и 12.45?
Витек был в кабинете, что засвидетельствовала Иоанна, которая входила к нему за какой-то подписью. Вместе с ним были Ольгерд и Моника, которые сразу же ушли. Моника, возвращаясь в отдел, встретила по дороге выходящую оттуда Анку. Через минуту в кабинет вернулся Збышек и услышал голоса из конференц-зала. Витек взошёл. Збышек тоже вышел. Витек вернулся. Чёртова Иоанна снова заглянула туда неизвестно зачем, разве что для того, чтобы создать ему алиби. Збышек перешёл из центральной комнаты в санитарный отдел, причём точное время этого перехода подтвердить никто не мог, банда кретинов, такой ерунды не могли запомнить… Одни утверждают, что это было в конце куявяка [польский народный танец], а другие — во время ланолинового мыла, идиоты, слушали разные станции!.. Ядвиги все это время нигде не было, то есть никто не знает, где она находилась; сама же Ядвига утверждает, что была в туалете, а потом готовила себе чай. Веслав выходил из отдела хронологически в то самое время, когда Збышек входил к санитарникам. Рышард выходил перед этим, Каспер