В Уитби, на краю утеса, находят сидящую в инвалидной коляске женщину с перерезанным горлом. Преступление расследует инспектор Энни Кэббот. В то же время в Иствейле, в так называемом Лабиринте, насилуют и убивают девушку. Дело об убийстве ведет старший инспектор Алан Бэнкс. На первый взгляд происшествия в двух разных городах Северного Йоркшира никак не связаны между собой, однако помощнику Бэнкса, пытавшемуся выследить в Лабиринте маньяка, перерезают горло таким же манером, как женщине в Уитби, — лезвием бритвы или скальпелем. Алан Бэнкс и Энни Кэббот, которые давно неравнодушны друг к другу, объединяют усилия, чтобы быстрее разоблачить преступника.
Авторы: Питер Робинсон
девичью фамилию по соображениям профессии. А офицеру полиции я уже сказала, что Джеффа сейчас нет дома, он уехал по делам.
Уинсом представилась и с удовлетворением отметила про себя, что ее вид не вызвал у Донны Маккарти ни удивления, ни насмешки.
— Боюсь, что да, — ответила Уинсом, доставая переданный ей Бэнксом пластиковый пакет с записной книжкой девушки. — Вы можете подтвердить, что это записная книжка вашей дочери?
Дана Маккарти внимательно посмотрела на обложку, на тисненный фирменный знак «Уильям Моррис» и из ее глаз обильно полились слезы.
— Она ведь в действительности не моя дочь, — произнесла она, приложив ко рту носовой платок, приглушивший ее голос. — Я вторая жена Джеффа. Мать Хейли ушла от них двенадцать лет назад, а женаты мы восемь.
— Понятно, — сказала Уинсом, делая пометку в блокноте. — Но вы можете уверенно подтвердить, что эта записная книжка принадлежала Хейли Дэниелс?
Утвердительно кивнув, Донна спросила:
— А могу я заглянуть внутрь?
— Боюсь, что вам нельзя дотрагиваться до нее, — сочувственно ответила Уинсом. — Может быть сделаем так. — Она достала латексные перчатки, которые на всякий случай захватила с собой; наклонила пакет так, что книжка выпала ей в руку, перевернула обложку и показала форзац Донне. — Это почерк Хейли?
Донна Маккарти, снова прижав платок к лицу, утвердительно кивнула. Уинсом, перелистнула несколько страницы, показывая их Донне, а та продолжала кивать. Уинсом снова положила книжку в пакет, сняла перчатки и села, скрестив перед собой ноги в промокших джинсах.
Он посмотрел на нее взглядом, в котором ясно читался вопрос: достойно ли такому человеку, как он, исполнять то, что обычно поручают слугам, да еще по просьбе чернокожей женщины, даже если она детектив и в одном с ним чине. После секундного размышления он повернулся и пошел по всей вероятности на кухню. «Жалкий ублюдок», –– подумала Уинсом положила свою ладонь на руку женщины.
Донна Маккарти, прижав к носу платок, произнесла:
— Конечно, я же все понимаю.
Сидя одна на широкой софе, она выглядела жалкой и беззащитной, однако Уинсом, рассматривая ее раньше, отметила что плечи и руки у нее мускулистые и хорошо развитые. У нее были светло синие глаза, и коротко стриженные светло каштановые волосы; простая повседневная одежда: джинсы и белая футболка, плотно облегающая ее небольшие крепкие груди. Между краем футболки и джинсами был зазор примерно в один дюйм, демонстрирующий ее плоский живот.
Донна Маккарти, встав с дивана и порывшись в ящике комода, протянула ей фотографию молодой девушки, стоящей на рыночной площади.
— Вчера вечером, что-то около шести часов. Она собиралась пойти к автобусу на Иствель и по пути встретиться с друзьями.
