В Уитби, на краю утеса, находят сидящую в инвалидной коляске женщину с перерезанным горлом. Преступление расследует инспектор Энни Кэббот. В то же время в Иствейле, в так называемом Лабиринте, насилуют и убивают девушку. Дело об убийстве ведет старший инспектор Алан Бэнкс. На первый взгляд происшествия в двух разных городах Северного Йоркшира никак не связаны между собой, однако помощнику Бэнкса, пытавшемуся выследить в Лабиринте маньяка, перерезают горло таким же манером, как женщине в Уитби, — лезвием бритвы или скальпелем. Алан Бэнкс и Энни Кэббот, которые давно неравнодушны друг к другу, объединяют усилия, чтобы быстрее разоблачить преступника.
Авторы: Питер Робинсон
половине дня в воскресенье, когда Энни въехала на парковку возле канала, здесь было тихо и спокойно. Она легко нашла квартиру Мэгги на третьем этаже многоэтажного дома. Они встречались, правда мельком, при расследовании дела Хамелеона, но Мэгги ее не узнала и впустила в квартиру лишь после того, как Энни показала свое удостоверение.
Квартира была просторной, со стенами, декорированными в ярких и теплых тонах оранжевого и желтого. Все, казалось, было залито светом, проникающим через застекленную крышу. «Такое освещение необходимо ей для работы», –– подумала Энни.
–– Так в чем дело? –– спросила Мэгги, когда Энни села на диван, обтянутый светло бежевой тканью.
Сама Мэгги, положив под себя ноги, удобно устроилась в огромном с широкими подлокотниками кресле, стоявшем напротив. За окном позади здания газеты «Йоркшир Пост» виднелась обширная строительная площадка, обещавшая в недалеком будущем выставить на рынок жилья много подобных квартир. Присмотревшись к хозяйке квартиры, Энни решила, что Мэгги Форрест как раз и обладает той бегло-пренебрежительной, безразличной манерой смотреть вокруг себя, которую Челси Пилтон подметила у убийцы, а Мэл Денверс из Мепстон-Холла подметила у Мэри. Ее нос был немного длинным, подбородок немного выдавался вперед, все остальное было в порядке, и в общем она была привлекательной женщиной. В ее коротко подстриженных волосах заметно проблескивала седина. Глаза смотрели выжидательно и насторожено. «Интересно, –– подумала Энни, –– могли бы Мэл и Челси указать на нее при проведении процедуры опознания».
–– У вас прекрасная квартира, –– начала разговор Энни.—Вы давно в ней живете?
–– Полтора года, –– ответила Мэгги.
–– А вы никогда не навещаете своих друзей на Холмовой улице? Руфь и Чарльза Эверетт. Это же совсем рядом. Они ведь даже и не знают о том, что вы в городе.
–– Да я как-то забыла про них, –– пожала плечами Мэгги и отвела глаза в сторону.—А они были добры ко мне.
–– А ведь она нуждается в помощи, Мэгги. Она уже давно взрослая и то, что произошло с ее подругой создало для нее самой множество проблем. А вы могли бы сделать для нее много хорошего.
–– Да ведь я же не психиатр, в самом деле. Вы что думаете, я сама легко отделалась? Этот этап моей жизни закончен. И возвращаться назад я не хочу.
–– А почему бы вам в таком случае не уехать подальше, чтобы вообще ничего не напоминало о прошлом?
–– Да потому что я местная. Я хочу быть ближе к своим корням. А это мне подходит—Она жестом руки указала в стону окна.—В любом городе сейчас происходит обновление.
«Это правда», –– мысленно согласилась Энни и спросила:
–– А вы замужем?
–– Нет. Вы, видимо, пришли ко мне не для того, чтобы выяснить это. И бой-френда у меня тоже нет. Мужчин в моей жизни нет, но я вполне счастлива.
–– Отлично, –– сказала Энни.
Возможно, не будь в ее жизни мужчин, и она могла быть тоже счастливой. Даже с одним мужчиной она едва ли могла считать себя счастливой. А может быть она обречена на то, чтобы постоянно наступать на одни и те же грабли.
Мэгги не предложила ей ни чаю, ни кофе, а Энни буквально умирала от жажды. Ну ничего, она освежится чем-нибудь в каком-нибудь кафе.
–– Вот это-то я как раз и пытаюсь выяснить, –– сказала Энни.—Где вы были утром в прошлую субботу, восемнадцатого марта? В День матери?
