В Уитби, на краю утеса, находят сидящую в инвалидной коляске женщину с перерезанным горлом. Преступление расследует инспектор Энни Кэббот. В то же время в Иствейле, в так называемом Лабиринте, насилуют и убивают девушку. Дело об убийстве ведет старший инспектор Алан Бэнкс. На первый взгляд происшествия в двух разных городах Северного Йоркшира никак не связаны между собой, однако помощнику Бэнкса, пытавшемуся выследить в Лабиринте маньяка, перерезают горло таким же манером, как женщине в Уитби, — лезвием бритвы или скальпелем. Алан Бэнкс и Энни Кэббот, которые давно неравнодушны друг к другу, объединяют усилия, чтобы быстрее разоблачить преступника.
Авторы: Питер Робинсон
доктор Макензи.
Они вовсю копались в коробках, когда принесли кофе и Кет-Кат для Бэнкса. Поблагодарив полицейского и приняв из его рук поднос, Блекстоун сразу же вновь присоединился к поискам. Наконец, им удалось отыскать отчеты патологоанатома, и Бэнкс немедленно углубился в чтение, а Блекстоун на некоторое время вышел из офиса.
Все было так, как он и предполагал. Многие тела были сильно изуродованы: такими они были обнаружены под земляным полом погреба в саду за домом. Но доктор Макензи сумел выделить у всех жертв резаные раны, нанесенные им в области груди и гениталий. По все вероятности Теренс Пэйн орудовал тем же самым мачете, с которым он набросился на напарника Джанет Тейлор и убил его. Эти раны были схожи с теми, от которых страдала Керстен Фарроу, хотя нанесены они были другим орудием; причиненные ей телесные повреждения, к несчастью, практически не отличались от тех, какие обычно наносят жертвам тяжких преступлений на сексуальной почве. Эти раны как бы свидетельствуют о глубокой ненависти, которую испытывают к женщинам мужчины, однажды преданные ими, униженные и отвергнутые – так, по крайней мере, утверждают криминологи. Конечно, не все мужчины, которых предали, унизили или отвергли, становятся насильниками и убийцами, а иначе женская часть общества была бы намного малочисленнее, а мужчин в тюрьмах было бы значительно больше, чем сейчас, подумал Бэнкс.
Блекстоун отсутствовал наверное более двадцати минут, в течение которых Бэнкс, не отрываясь, читал отчеты, осмысливая описанные в них ужасающие подробности, большинство из которых он все еще отчетливо помнил.
–– Ну как идут дела? –– спросил Блекстоун.
–– Да все так, как я и думал, –– ответил Бэнкс. –– Теперь мне нужно установить, какая часть информации из отчетов проникла тогда в прессу.
–– Насколько я помню, очень большая, –– задумчиво произнес Блекстоун и вдруг насторожился. –– Алан, а в чем дело? Ты что-либо нашел?
Бэнкс разжал пальцы и последняя папка упала на пол, но не потому, что описанные в ней подробности были страшнее описанных в других папках, а просто потому, что лист бумаги, который прочел, был в папке последним. На нем был список фамилий людей, участвовавших в составлении этих отчетов и во вскрытии тел, а также сотрудников, доставлявших тела в морг; уборщиков, мывших помещение прозекторской после вскрытий. После каждой фамилии следовали подписи, подтверждающие обязательство не разглашать того, что им стало известно при исполнении работ.
–– До сих пор не могу этому поверить, –– со вздохом объявил Бэнкс. –– Черт возьми, ведь все находилось у меня буквально под носом, а мне и невдомек.
–– О чем ты? Что находилось у тебя под носом? –– подходя ближе, спросил ошарашенный Блекстоун.
Бэнкс поднял папку и указательным пальцем ткнул в листок, который только что читал. На листе с перечнем лиц, участвовавших во вскрытии жертв Хамелеона, были фамилии нескольких лабораторных служащих, практикантов и ассистентов патологоанатомов, одним из которых была доктор Элизабет Уоллес.
–– Я должен был это знать, –– с укором в свой адрес произнес Бэнкс. –– Когда Кев Темплтон завел речь о необходимости патрулирования Лабиринта, в котором по его мнению объявился серийный убийца, Элизабет Уоллес была единственной, кто так же непреклонно, как и он, верила в то, что мы имеем дело с убийцей, который снова выйдет на дело. И она пыталась убедить нас в том, что орудием убийства была бритва, а не скальпель.
–– Ну так что? Не вижу во всем этом логики.
–– Неужели не видишь? Да она сама тоже была там. Элизабет Уоллес следила за лабиринтом, к тому же у нее был доступ к острым скальпелям. Куда лучше заставить нас верить в то, что орудием убийства была бритва, от которой любой мог легко избавиться. Они с Кевом делали одно дело, не зная об этом. Они ведь не говорили друг с другом и не знали, что и он, и она окажутся там. Элизабет Уоллес думала, что Кев Темплтон намеревался изнасиловать и убить Челси Пинтон. А она не могла опознать его со спины. Было темно. И у нее была только одна причина на то, чтобы оказаться там.
–– Что за причина?
–– Убить убийцу. Она же Керстен Фарроу. Та самая, кого мы ищем. Она была практикантом на вскрытии жертв Хамелеона. Поэтому она собственными глазами видела нанесенные им раны и увечья. Они воскресли в ее воспоминаниях. Она знает Джулию Форд, и Джулия должно быть сболтнула ей о том, что Люси Пэйн под вымышленным именем содержится в Мепстон-Холле. Все сходится, Кен. Все сходится.
–– Так Темплтона убила тоже она?
–– Более чем вероятно, –– ответил Бэнкс. –– Конечно же, по ошибке, так же как и Джека Гримли восемнадцать лет назад. Но убила его она. Сейчас ее modus operandi
*
