В Уитби, на краю утеса, находят сидящую в инвалидной коляске женщину с перерезанным горлом. Преступление расследует инспектор Энни Кэббот. В то же время в Иствейле, в так называемом Лабиринте, насилуют и убивают девушку. Дело об убийстве ведет старший инспектор Алан Бэнкс. На первый взгляд происшествия в двух разных городах Северного Йоркшира никак не связаны между собой, однако помощнику Бэнкса, пытавшемуся выследить в Лабиринте маньяка, перерезают горло таким же манером, как женщине в Уитби, — лезвием бритвы или скальпелем. Алан Бэнкс и Энни Кэббот, которые давно неравнодушны друг к другу, объединяют усилия, чтобы быстрее разоблачить преступника.
Авторы: Питер Робинсон
На нем был разбит большой сад, к зеленой изгороди которого притулился маленький сарайчик для хранения садового инвентаря. В окна, занавешенные тюлем, колотил град. Уинсом сняла трубку и набрала номер, который продиктовала ей Донна. Ожидая ответа, она решала в уме, что следует сказать. Через несколько гудков включился автоответчик мобильного телефона Джеффа.
Уинсом набрала номер телефона справочного и оператор переключил ее на отель «Фавершам». Когда ей ответили, она попросила соединить ее с Джеффом Дэниелсом. После долгого молчания женский голос на другом конце линии объявил:
— Так может быть он на встрече, — предположила Уинсом. — На деловой встрече. Он занимается продажей машин. Проверьте, пожалуйста.
— Какая встреча, — изумленно спросила женщина. — Мы не проводим у себя никаких встреч. У нас и помещений таких нет.
Она посмотрела на Донну Маккарти, на выражение надежды и ожидания на ее лице. Ну что, черт возьми, она могла сказать этой женщине? Как бы там ни было, у нее будет немного времени, чтобы поразмыслить надо всем, пока она повезет Донну в иствальский морг на опознание тела ее падчерицы.
Энни не потребовалось много времени на то, что доехать до Ларбороу-Хед из Уитби
*, куда она была временно откомандирована и работала в полицейском участке на Спринг-Хилл, относящегося к Восточному округу Скарборо, где штат детективов значительно поредел в виду болезней и недавних праздников. Она обычно ночевала на Уэст-Клифф, в гостинице «ночлег с завтраком» миссис Барнаби, где всегда останавливались командированные офицеры полиции. У нее была отличная, хотя и очень маленькая комнатка, все удобства которой состояли из совмещенной с туалетом ванной комнаты, видом на море из окна, телефона, электрочайника и посуды для чаепитья, но прошлой ночью … ну, прошлой ночью все было иначе
Была суббота и она, заработавшись допоздна, вдруг вспомнила, что уже невесть сколько лет не позволяла себе оттянуться по полной. Вероятно, именно это она и внушала себе, когда девушки, работающие в участке, пригласили ее выпить в пабе рядом с участком, а потом пройтись по клубам. Она не заметила, как в разгар веселья отстала от девушек и теперь надеялась лишь на то, что они не видели, чем закончился для нее тот вечер. Вина и стыд, которыми она терзалась, жгли ее желудок почти так же как изжога, когда она на повороте остановила машину у края неогороженной дороги примерно в сотне ярдов от края обрыва. У нее оборвалось сердце, когда в первой же появившейся перед ее глазами фигуре она узнала знакомые очертания дородного тела начальника уголовной полиции Брафа, направляющегося к ней
— Добрый день, детектив Кеббот, — объявил он, хотя было еще раннее утро. — Рад, что вы сумели к нам присоединиться.
Энни подумала, что если принять во внимание то, как быстро она оказалась здесь, но его замечание можно посчитать бессмысленным, да к тому же и глупым, однако решила пропустить его слова мимо ушей. Она привыкла к подобным излияниям Брафа, имевшего репутацию ленивого и тупого приспособленца, думающего лишь о выходе на пенсию, до которого оставалось шесть месяцев; о последующих за ним бесконечных партиях гольфа и продолжительном отдыхе на Торремолинос
*. Даже работая рядовым копом, он не проявлял ни должной энергии, ни предприимчивости, чтобы как-то пополнить свой карман, а поэтому жил сейчас не в собственном доме, а в убогой съемной квартире с пожилой испанской шлюхой, неравнодушной к крикливым и вульгарным драгоценностям, дешевым духам и еще более дешевой выпивке. По крайней мере, таким он виделся сослуживцам.
— Сэр, я не ожидала увидеть вас на ногах в это время, да еще в воскресенье,
