В Уитби, на краю утеса, находят сидящую в инвалидной коляске женщину с перерезанным горлом. Преступление расследует инспектор Энни Кэббот. В то же время в Иствейле, в так называемом Лабиринте, насилуют и убивают девушку. Дело об убийстве ведет старший инспектор Алан Бэнкс. На первый взгляд происшествия в двух разных городах Северного Йоркшира никак не связаны между собой, однако помощнику Бэнкса, пытавшемуся выследить в Лабиринте маньяка, перерезают горло таким же манером, как женщине в Уитби, — лезвием бритвы или скальпелем. Алан Бэнкс и Энни Кэббот, которые давно неравнодушны друг к другу, объединяют усилия, чтобы быстрее разоблачить преступника.
Авторы: Питер Робинсон
— покачал головой Нейлор. — А их завещания … Подумать только … Родственникам не терпится поскорее добраться до денег? Значит, милосердное убийство?
Энни повернула голову в его сторону.
— Весьма забавное оправдание тому, чтобы перерезать ей горло, — сказала она. — Но мы-то спросим с этих ангелов милосердия по полной.
«Интересно, — подумала Энни, — как жертва осознает, что жизнь уходит из нее? Возможно ее тело уже не способно воспринимать ощущения, но какие чувства испытывает она в эти последние моменты? Облегчение? Ужас? Страх?»
Вестибюль здания, похожий на покои старинного замка, казался таким же мрачным и древним, как наружные стены. Паркетный пол, деревянные стеновые панели, широкая винтовая лестница, высокие потолки со свисающими с них хрустальными люстрами, висящие на стенах написанные маслом портреты сановников 18-го века – несомненно клана Мепстонов – несколько странно сочетались с современным компьютером, стоящим на столе дежурного, и бесшумно работающим специальным подъемником для инвалидов. В вестибюле царило неожиданное для такого места оживление: люди входили и шли куда-то, медсестры и санитарки спешили по своим делам, служители катили по коридорам инвалидные кресла. Управляемый хаос.
Энни и Нейлор предъявили свои удостоверения дежурной, похожей на уставшую от занятий школьницу, приглашенную поработать в уик-энд, объяснив ей, что их интересует один из пациентов. Девушка, как показалось Энни, вероятно училась работать с умственно неполноценными людьми и уже поднакопила некоторый опыт в общении с ними. С виду она производила впечатление серьезного и компетентного специалиста, и в то же время при общении с ней чувствовались какая-то странная властность, уверенность в своей важности и пассивная агрессивность, свойственные социальным работникам. На бейдже было обозначено ее имя: Фиона.
— У нас просто сумасшедший день. Посетители. Большая часть их приходится на уик-энд, понимаете? А воскресное утро это наиболее горячее время, в особенности в…
— В День матери, — закончила за нее Энни. — Все понятно, но может найдется кто-либо , кто сможет нам помочь?
— Фиона, — прервала ее Энни. — Эти действительно важно. Пожалуйста, пригласите кого-нибудь, кто знает, где он работает и что делает.
Некоторое время Фиона выдерживала пристальный взгляд Энни, едва превозмогавшей головную боль. Фиона, хмыкнув, потянулась к телефону. Энни слышала, как она передала сообщение на пейджер некой Грейс Чаплин и через короткое время элегантная дама, по виду ровесница Энни, в белом накрахмаленном, словно специально сшитом для нее форменном костюме и с доской для записей под мышкой с деловым видом прошла по коридору, направляясь к столу дежурной. Обращаясь к Фионе, она спросила, в чем дело. Фиона метнула нервный взгляд в сторону Энни, все еще держащую в руках свое удостоверение.
— Мисс Чаплин, мы могли бы где-нибудь поговорить?
— Можете называть меня Грейс, — ответила женщина. — Кстати, я руководитель отдела обслуживания пациентов.
— Иначе говоря,
