В Уитби, на краю утеса, находят сидящую в инвалидной коляске женщину с перерезанным горлом. Преступление расследует инспектор Энни Кэббот. В то же время в Иствейле, в так называемом Лабиринте, насилуют и убивают девушку. Дело об убийстве ведет старший инспектор Алан Бэнкс. На первый взгляд происшествия в двух разных городах Северного Йоркшира никак не связаны между собой, однако помощнику Бэнкса, пытавшемуся выследить в Лабиринте маньяка, перерезают горло таким же манером, как женщине в Уитби, — лезвием бритвы или скальпелем. Алан Бэнкс и Энни Кэббот, которые давно неравнодушны друг к другу, объединяют усилия, чтобы быстрее разоблачить преступника.
Авторы: Питер Робинсон
с ситуацией, а то, что он почувствует себя при этом униженным, не сильно повредит делу.
Мы пообедали в «Лебеде», вблизи Сетла
*, потом поехали в клуб, в Кейгли. После этого вернулись в отель и все время находились здесь.
Бармен наверняка запомнил, ответила Мартина. Да и шофер такси, который привез нас сюда, тоже. В «Лебеде» нас тоже запомнили. Посетителей у них сейчас немного. Ну а что мы такого сделали?
Уинсом больше интересовало то, как они повели время после полуночи; ведь любое, даже самое шаткое алиби, касающееся вчерашней ночи, будет истолковано в пользу Мартины и Дэниелса. А на то, чтобы добраться от Скиптона до Иствела, нужно не меньше часа.
Неудивительно, что вы до сих пор валялись в постели, понимающе кивнула Уинсом. Слишком поздно легли. И все это время вы провели вместе?
Дэниелс выругался и еще сильнее заворочался на постели.
Что вы, черт подери, затеяли? заорал он. У полиции появилась новая пытка? Развяжи меня немедленно, ты, затраханная черномазая сука.
Уинсом почувствовала, как кровь горячей волной прилила к лицу – так бывало всегда, когда ее оскорбляли подобным образом. Она успокоилась, успокоила себя так, как мать когда-то научила ее.
А я могу одеться? спросила Мартина, указывая жестом на ванную комнату.
Уинсом утвердительно кивнула и перевела взгляд на лежащего на посели обнаженного мужчину, мужчину, который только что назвал ее черномазой сукой. Его дочь была изнасилована и убита прошлой ночью, и она должна сказать ему об этом. Уйти, оставив его лежащим здесь, и отложить все остальное на потом, она не могла, хотя ей очень хотелось поступить именно так.
Теоретические курсы учат лишь тому, как поступать в нетривиальных ситуациях, а размышления над ними помогают еще меньше. Уинсом была уверена, что когда доходит до дела, то прописанных инструкций не найти, и поэтому надо руководствоваться только инстинктом. Ей хотелось причинить ему боль, но причинять ему такую боль, обрушивать на него такую новость, с которой она приехала сюда, она не хотела. Она мысленным взором видела перед собой Хейли Дэниелс, лежащую на куче кожаных обрезков в позе упавшего бегуна, лишившегося сил и дыхания. Уинсом сделала глубокий вдох.
Мне очень жаль, мистер Дэниелс, начала она, но у меня для вас печальная новость о вашей дочери.
И вот, оно было произнесено, это страшное слово, которое могло изменить все, и его многопудовый тяжесть, словно придавила то, что было в комнате, выдавив из нее весь воздух.
Убита? Дэниелс покачал головой. Но … этого не может быть. Вы наверное приняли за нее кого-то другого.
Очень сожалею, сэр, но здесь нет ошибки. При ней обнаружилось водительское удостоверение и адресная книжка с ее именем.
Она была … ? Я хотел спросить, он, что …?
Я не хотела бы рассказывать вам ничего больше до тех пор, пока мы не приедем в Иствель, перебила его Уинсом.
