Подруга Дьявола

Ваша жена встретит вас там.

Уинсом кивнула. После того, как она сказала ему, что произошло с Хейли, она, казалось, забыла о том, что он все еще голый и привязан к кровати. Он и сам, похоже, позабыл об этом. Да и о желания унизить Дэниелса в отместку за оскорбление она уже не чувствовала. Жесткой она не была; ей просто хотелось подавить его заносчивость и высокомерие, а так же услышать от Мартины подтверждение их алиби до того, как у них будет время или причина о чем-то договориться. Пока, как она полагала, она не дала им такой возможности, но одновременно с этим ей было немного стыдно за свое поведение.
Мартина принялась развязывать платки, а Дэниелс лежал неподвижно, уставив застывший взгляд в потолок. Почувствовав, что его руки и ноги свободны, он сел и, завернувшись в простыню, заплакал. Мартина с покрасневшим и печальным лицом сидела рядом. Она хотела погладить его, но он отшатнулся. Он был темноволосым и кудрявым, у него был раздвоенный, как у Кирка Дугласа, подбородок и короткие бакенбарды, отпущенные до скул. Очевидно он был из разряда белых мужчин, к которым некоторые белые женщины относятся по-матерински, подумала Уинсом, хотя у нее самой он не вызывал абсолютно никаких чувств. А он, словно раскаивающийся школьник, смотрел на нее сквозь слезы.
Простите, с трудом произнес он, за то, что наговорил вам. Вы такого не заслужили. Я …
Я тоже хочу перед вами извиниться, перебила его Уинсом, но отвязать вас от кровати не было моей первостепенной задачей. Мне нужно было узнать, почему вы лгали своей жене и где вы были прошлой ночью. Придвинув к себе стул, она села. Я все утро пыталась связаться с вами.
Дэниелс встал на ноги и начал натягивать на себя трусы, а затем брюки. Потом, надев рубашку, стал заталкивать в сумку с ночными принадлежностями носки и пижаму.
Мне надо идти, объявил он. Надо возвращаться к Донне.
К Донне? изумилась Мартина. А как же я? Ты же говорил мне, что собираешься расстаться с нею и получить развод. Мы же собирались пожениться.
Не говори глупости. Ты что не слышала? Я возвращаюсь к ней.

Я позвоню тебе, отмахнулся Дэниелс. Отправляйся домой. Я тебе позвоню.
Когда?
Когда? Когда похоронят мою несчастную дочь. Теперь проваливай, ты поняла, тупая корова. Я думаю, что и смотреть-то на тебя уже не смогу.
Рыдая, Мартина взяла свою сумку и, не забрав ни туалетных принадлежностей из ванной, ни вещей из гардероба, направилась к двери. Уинсом преградила ей дорогу.
Я должна записать ваше имя, адрес и номер телефона, объяснила она.
Спросите у него, что вы пристали ко мне? со злобой глядя на Дэниелса, выкрикнула Мартина.
Она попыталась пройти к двери, но Уинсом, вытянув руку, остановила ее.
Я хочу услышать это от вас.
Секунду помолчав, Мартина сказала Уинсом все, что требовалось. Потом, открыв гардероб, она сняла с плечиков укороченное пальто из замши.
Не забудь взять мой подарок на день рождения, выходя из двери в коридор, объявила она Дэниелсу, стоящему посреди номера с сумкой в руках.
Хорошо, отмахнулся он. А мы что стоим? Чего мы ждем? Пошли.
Уинсом, посмотрев на него, медленно покачала головой и вышла из номера.

Когда Энни и Томм Нейлор вернулись из Мепстон-Холла на место убийства, они застали всю следственно-оперативную группу, все еще стоявшую на краю обрыва вокруг кресла-каталки; вынутое из нее тело Карен Дрю было но указанию коронера направлено в морг.
Ветер немного стих, но капли прохладного дождя по-прежнему сыпались с неба. Судмедэксперты прикрыли место преступления тентом, чтобы, защитить его от атмосферных осадков на то время, пока они работали, отыскивая и упаковывая все, что может послужить вещдоками и уликами. Разделив прилегающую территорию на мелкие квадраты, они произвели тщательный ее осмотр, но не обнаружили ничего интересного, в том числе и орудия убийства, хотя подножье обрыва, как в прочем и все другие участки были обследованы с предельным вниманием. Возможно оно было смыто в море, либо Мэри – если убийцей была она – унесла его с собой.
Так или иначе, решила Энни, эта таинственная Мэри скрылась отсюда еще утром и сейчас могла быть в любом