В Уитби, на краю утеса, находят сидящую в инвалидной коляске женщину с перерезанным горлом. Преступление расследует инспектор Энни Кэббот. В то же время в Иствейле, в так называемом Лабиринте, насилуют и убивают девушку. Дело об убийстве ведет старший инспектор Алан Бэнкс. На первый взгляд происшествия в двух разных городах Северного Йоркшира никак не связаны между собой, однако помощнику Бэнкса, пытавшемуся выследить в Лабиринте маньяка, перерезают горло таким же манером, как женщине в Уитби, — лезвием бритвы или скальпелем. Алан Бэнкс и Энни Кэббот, которые давно неравнодушны друг к другу, объединяют усилия, чтобы быстрее разоблачить преступника.
Авторы: Питер Робинсон
Да нет, пожала плечами Донна. Она знала, что если что-то делаешь, то необходимо беречься и быть аккуратной. Сегодня они все это знают.
Если она держала своего бой-френда в секрете, предположила Уинсом, то для этого, как нам кажется должна была быть причина. Может быть он был достаточно взрослым человеком. Может быть даже женатым.
Вы знаете, я ничего не могу сказать по этому поводу, заявила Донна.
Темплтон повернулся к Дениелсу.
Вы ведь обладаете определенным опытом в таких делах, верно? начал он. Вы трахались с Мартиной Редферн в то время, как Хейли убивали. Любите молоденьких, так ведь? Так может при ближайшем рассмотрении окажется, что вы и есть именно тот, кого мы ищем.
«Если он ожидал от Дэниелся еще одной вспышки гнева, подумала Уинсом, то здесь он явно просчитался». Дэниелс, унылый и жалкий, неподвижно сидел в кресле.
Я сотворил много ошибок, грустно произнес он. Очень много. И моя единственная надежда сейчас на то, что у Донны доброе сердце и она простит меня. Но мои ошибки не могут помочь вам поймать убийцу моей дочери. А теперь, если вы собираетесь заняться чем-то еще, кроме сидения здесь и наведения смуты, так может вам уже пора оторвать свою задницу от дивана и начать делать то. что положено?
Как раз это мы и пытаемся делать, сэр, стараясь говорить убедительно ответила Уинсом. Она мысленно удивилась тому, что пришла на выручку Темплтону – ведь чтобы получить хоть какие-то результаты от беседы с родителями жертвы, надо прежде всего спасти Темплтона. Она поклялась себе в том, что никогда впредь не позволит никому ставить себя в подобное положение, какими бы словами они при этом не прикрывались. А она никогда не рассказывала вам … ну к примеру, о своих преподавателях в колледже? спросила она после недолгой паузы.
Остин, неожиданно выпалил Дэниелс. Малком Остин. Помнишь, Донна, того парня, который возил их класс на экскурсию в Париж в прошлом апреле?
Да, подтвердила Донна. Несколько раз она о нем упоминала. Но он преподавал ее любимый предмет. Я не думаю, что здесь … я хочу сказать …
Вы с ним не встречались? спросила Уинсом.
Нет, ответила Донна. Мы не встречались ни с кем из ее преподавателей. Когда она училась в школе, мы встречались с учителями, но когда школьники становятся студентами колледжа, то мне кажется, в этом нет необходимости, вы согласны?
Значит вы не знаете сколько ему лет, женат он или нет, не знаете о нем ничего?
К сожалению, извинилась Донна. В этом мы вам не можем помочь. Вы спросили, упоминала ли она кого-нибудь, так вот – упоминала она лишь его.
Романтический город Париж, мечтательно произнес Темплтон, проводя пальцами по ляжке, словно игрок в крикет, обтирающий шар перед ударом.
Уинсом поднялась с дивана.
Ну ладно, спасибо вам, обратилась она к супругам. Это только начало. Нам предстоит побеседовать с мистером Остином.
Темплтон продолжал сидеть на диване и эта его неподвижность встревожила Уинсом. Она понимала, что это он, как старший по званию, должен подать сигнал к окончанию беседы, но она очень опасалась, что он может нарушить шаткое и с таким трудом установленное согласие, что не подумала о правилах субординации. Наконец, он встал и, посмотрев на Дэниелса долгим многозначительным взглядом, сказал:
Очень скоро мы снова побеседуем с тобой, приятель.
Затем, достав из кармана визитку, он с важным видом протянул ее Донне, которая смотрела на супруга таким взглядом, каким матадор смотрит на быка.
Если вы, моя милая, вдруг вспомните что-то, вкрадчивым голосом произнес Темплтон, без колебаний звоните мне в любое время дня и ночи.
Когда они вышли из дома и подошли к машине, он схватив Уинсом за руку, склонился к ней так близко, что она ощутила мятный запах жевательной резинки, и сказал:
Никогда больше так не делай в моем присутствии.
Такого случая никогда больше не представится, ответила Уинсом, удивляясь собственной отваге. Затем резким движением освободила свою руку и удивила себя еще большей смелостью, резко бросив ему: И не трогайте меня своими погаными лапами, сэр.
После рабочего дня во вторник Бэнкс был рад оказаться дома в такой совсем еще не поздний час и его радость не омрачало даже то, что все его мысли были сосредоточены сейчас на убийстве Люси Пэйн, о котором ему рассказала Энни. В конце дня он посмотрел по телевидению
