Подруга мента

Валерий Крайнев… Крайнев! Вымаранная из статьи фраза: «Крайнев остался крайним». Я себя потом за отсутствие вкуса неделю поедом ела. Не расходись, Полина, ты запросто могла все перепутать. Немедленно ныряй за компьютер, ищи старые материалы. Только не жди от удачи лишнего. Хотя какая там удача. Очередной повод стыдиться себя.
Валерий Крайнев, вчерашний мой сопровождающий, поздоровался, нахмурившись. Поделом мне, не буду бросаться глаголом «холуйствовать», как окурками. Не дождавшись от меня указаний, он разлепил неплохо очерченные губы:
— Куда ехать?
— В парк культуры и отдыха. Мы с вами должны были там встретиться еще два года назад.
— Никогда не назначал вам свиданий.
— Я вам назначала. Во-первых, меня зовут Полина. Вас Валерий.
— Благодарю, я не страдаю амнезией.
— Во-вторых, простите меня. Я тогда предала вас, как последняя мразь. Помните, мы договорились по телефону об интервью? Когда вас вышибли из милиции. Когда вы справедливости жаждали.
— А, так вы и есть та странная девочка, которая мне поверила?
— Валерий, если человек берет взятки, покрывает наркоторговцев, хранит героин, его судят. А вас просто убрали с работы. Вы позвонили в редакцию, мы договорились встретиться. Меня вам подсунули, потому что я как раз писала о наркоте. Я тогда разводилась с мужем и возвращалась в журналистику. В общем, я до сих пор не ведаю, откуда муж пронюхал о статье. Но он поставил мне условие: или я жгу все, что накарябала, или ребенок живет с ним. Он мотивировал это тем, что мать, которую не сегодня-завтра пристрелят, его сыну не подходит. И я не выполнила обещание, данное вам. В парке не была, материал не опубликовала, занялась рекламой.
— И мучились этим?
— Очень.
— Полина, мы в одинаковом положении Откровенность за откровенность: я ведь тоже не был в парке.
— Как это?
— Так. Накануне на огонек забрел приятель, предложил денежную работу частного охранника у крутого мужика. Убедил, что плетью обуха не перешибешь, что я подставлю всех, кто попытается мне помочь, плюс семью. А у меня за месяц до этого жена родила… И ты меня прости, Полина. Мне дали возможность уволиться по состоянию здоровья, без клейма.
— Слушай, Валера, а тебя ничего не настораживает? — Я тоже перешла на «ты».
— Разве можно было догадаться, что мой щедрый работодатель и твой грозный муж — один человек? Еще раз прости, я называю вещи своими именами.
— Ничего, я привыкла. А почему ты не спрашиваешь, как я тебя по фамилии вычислила? Мы ведь не виделись никогда.
— Серега Балков утром подходил, руку пожал. Сказал, что забегал к подруге, без похабщины. Балков чистый. А когда ты про парк начала…
Молиться на Балкова надо, не иначе. На всякий случай принял меры, чтобы человек мужа не догадался о полковнике у меня под боком. Измайлов его недооценивает.
— Отлично, Валера. Если без обид, тогда поворачивай назад.
— Поля, я таких рассеянных еще не встречал, — рассмеялся он. — Мы же с места не трогались.
Что мне было делать? Конечно, тоже смеяться.
— Как вы с напарником меняетесь?
— Я с шести утра до шести вечера, потом он. Ты с ним поаккуратнее, Поля.
— Учту, спасибо.
Дома, однако, мне стало не до смеха. Разобраться с муженьком превращалось из шаловливой мыслишки в навязчивую идею. Здорово он рассадил нас с Крайневым по разным клеткам. Дрессировщик. Я придумаю, как выяснить у тебя кое-что, прежний милый. Валеру не подставлю и Вика не подведу. Но все выясню, или я не я буду.
— Поленька, Поля, ну мало ли что я мог наговорить и наделать, — казнился Измайлов поздним вечером.
Я не оставила без профилактики холодностью его утренние прегрешения. Пусть прочувствует. Впрочем, еще минуты три и довольно, я не единственная его трудность.
— Поль, Юрьев оклемался. И сразу спросил про тебя.
Я бросилась на шею полковнику так лихо, что чуть не спровадила его к Борису в палату интенсивной терапии. Но ему понравилось. Удивительный человек. За непродолжительное время свел на нет все мои поучительные старания и выразил неусыпную готовность порепетировать встречу с Валентином Петровичем на набережной между причалами.
— Вик, сначала я тебе расскажу про Валеру.
— Про какого Валеру?
— Про Крайнева, охранника. Мы с ним сегодня по душам пообщались.
Измайлов попеременно хватался за голову, за сердце, опять за голову…
— Вик, ты чего?
— Я предупреждал Балкова, я просил не наделять тебя никакими сведениями. Все, забираю в управление, сажаю за свой стол, даю цветные карандаши, будешь рисовать.
— Измайлов, ты Балкова не приплетай, он тут ни при чем. Разве что я ему доверяю насчет