Подрывник

ним — а незаметно. «Мастер!» — только и подивился старшина.
Саша подобрался к мосту поближе. Оставалось метров пятьдесят-шестьдесят. Пора. Он поднял руку.
Тут же короткими очередями забил пулемёт. Хорошо стрелял Сергей, грамотно. Очередь три-четыре патрона, потом — ещё…
Часовой на путях упал сразу, а в изрешечённой будке уцелеть было невозможно.
Старшина начал стрелять на секунду позже. В первого часового он попал удачно, и тот сразу упал замертво. А со вторым положение спас Сергей. Покончив со своими целями, он перенёс огонь на ближнюю будку.
Саша рванулся к насыпи. Первым делом он подбежал к будке караула. Сергей не стрелял, опасаясь зацепить Сашу.
Он рванул на себя дверь. Караульный, находившийся в будке, неподвижно лежал у стены, у висящего на ней телефона, сжимая в руке телефонную трубку. Он был мёртв.
Саша подошёл, вытащил из руки убитого трубку и приложил к своему уху. Шёл длинный гудок. Слава богу, не успел дозвониться, иначе бы караул выслал на дрезине подмогу и остановил поезд.
Саша выбежал из дежурки, замахал руками. Это был условный знак — пусть несут к мостику бомбу.
Он затащил в дежурку тело убитого часового и помчался на другой конец моста. Задняя стенка будочки, невидимая со стороны путей, была изрешечена пулями. Сергей дал очередь на уровне груди, вторая строчка пуль легла на высоте ног. Грамотно и метко стреляет, надо взять на заметку.
Он уже собрался бежать к ближайшему телеграфному столбу, как заметил, что телефонные провода идут по железным фермам моста. Прямо удача! На гладкий столб взобраться — та ещё задачка, не то что по фермам.
Саша посмотрел направо. Старшина и сержант быстрым шагом пытались нести бомбу, но получалось у них не очень слаженно. Старшина был ниже ростом, плотен, и не поспевал за Сергеем, семенил. Бомбу дважды роняли. Ну-ну, лишь бы дотащили.
Он полез к двутавровым балкам, перерезал ножом провод, перелез дальше, отцепил его от проволочных креплений — и так до другого конца моста. Смотал провод в кольца. Метров пятьдесят получилось. Маловато, конечно, но время — деньги. Не успеют — вся затея насмарку пойдёт.
Ребята это тоже понимали. Пыхтя и обливаясь потом, они подтащили бомбу к будке охраны.
— Держать неудобно, — пожаловались они.
— Некогда отдыхать, парни! Сергей, быстро на ту сторону, убери часового с путей — затащи его в будку. И забери их оружие с патронами. Если пожевать чего найдёшь — тоже бери.
— Так точно!
Сергей побежал к будке охраны. Пусть заодно и на дело своих рук полюбуется. Пулемётчик не всегда видит результаты своей работы — вот подходящий случай.
Взрывать Саша решил среднюю опору моста. Впрочем, она была единственной, двумя другими концами мост опирался на укреплённый бетоном берег.
— Ну-ка, старшина, берись.
Вдвоём они подхватили бомбу, донесли до опоры и стащили по железной лестнице вниз, на бык из камней. Самое уязвимое при взрыве место: мост рвётся пополам, и оба пролёта падают в воду. Желательно — с поездом.
Саша привязал срезанный телефонный провод к бомбе.
— Старшина, бери провод, тяни на берег и там принайтуй к чему-нибудь. Потом — бегом к будке, забери оружие у убитых. Оттуда — к базе, и ждите меня там.
— Понял.
Старшина по лесенке полез с быка на мост.
Саша уложил бомбу вплотную к опоре, сунул под её круглый бок небольшой камень, валявшийся на быке — для надёжности, чтобы не покатилась. Потом он достал из гранатной сумки «колотушку» и подсунул её под стабилизатор бомбы — поближе к тому месту, где был тротил.
Старшина уже взбирался на насыпь, к будочке. К ближнему концу моста бежал Сергей с двумя винтовками на плече, в руке он держал солдатский ранец и подсумки на ремне.
И Сергей, и старшина подбежали к сторожевой будке одновременно. Не задерживаясь долго, забрали оружие и патроны.
— Старшой, мы всё!
— Теперь руки в ноги — и к днёвке. Сергей, будь у пулемёта, если что — мой отход прикроешь.
Оба тяжело побежали к лесу. Железа на них много, ног и поезда пока не слышно.
Саша выкрутил из торца деревянной ручки гранаты фарфоровую пробку, осторожно привязал к ней телефонный провод. У немецкой гранаты был устаревший тёрочный замок. Стоило резко дёрнуть за фарфоровую пробку, как срабатывала тёрка, воспламеняя пороховую мякоть в замедлителе.
Саша взобрался на мост, побежал к берегу, спустился по насыпи, нашёл конец телефонного шнура. Старшина привязал его к маленькому кустику орешника. Фу, успел! Теперь осталось только ждать. Маловат провод — всего полсотни метров, разлёт осколков у бомбы больше. Конечно, часть осколков примет на себя бык и железные фермы моста, но часть полетит в его