Подрывник

Сам растолкал Сергея.
— Снаружи неладное что-то, готовь пулемёт.
Партизаны проснулись уже все.
— Оружие к бою, только тихо. Настусь — к этому окну, Часлав — сюда. Юзик, ты наверх. Мы с Сергеем держим дверь.
Быстро и бесшумно партизаны заняли свои места.
Снаружи, по каменным ступеням, раздались осторожные шаги. Может, их и слышно не было бы, если бы не подковки — сапоги были явно немецкие.
Но в принципе, у всех бойцов отряда были такие после диверсии на шоссе.
Медленно и тихо отворилась дверь. Хоть и ночь, но в здании мельницы было темнее, чем на улице, и потому в дверном проёме высветился силуэт немца. Главное — стальной шлем на нём слегка поблескивал, и шинель была немецкого покроя. На Янеке шинели не было, а стальных шлемов вообще не было ни у кого из партизан.
Не раздумывая, Саша дал по немцу очередь. Вспышки выстрелов ослепили его самого.
Немец завалился на пороге, забаррикадировав своим телом открытую дверь. Раздался какой-то металлический стук — видимо, немец ударил оружием по камню. А память услужливо подсказала — так стучит граната при падении.
Саша только рот открыл, чтобы предупредить своих, как сверкнула вспышка, и грохот заложил уши. И сразу, как по сигналу, со всех сторон по мельнице ударили автоматы и пулемёты.
Пулемётов, судя по звуку выстрелов, было два. От впивающихся в стены пуль летели щепки, при попадании в камень или металл пули звонко щёлкали. Всё пространство здания наполнилось перепуганными летучими мышами. Беспорядочно пометавшись, они стали вылетать в окна и двери.
— Как крысы с тонущего корабля бегут! — зло процедил Сергей.
Партизаны пока огонь не вели. Что толку жечь патроны, если противник не виден в ночи?
Стрельба стихла, и партизаны услышали, как снаружи на ломаном русском языке крикнули:
— Рус, стафайся! Вы окружены!
— Хрен тебе, — прокричал Сергей.
Саша лихорадочно соображал, как им выбраться из ловушки. Ведь это он привёл группу к мельнице. Стоп! Сначала ему показал здание Янек. Он должен был сам явиться, а заявились немцы. Предал? Или немцы после диверсии на шлюзе прочёсывают местность вокруг канала? Небось разозлили, растревожили партизаны осиное гнездо!
Он повернулся к Сергею:
— Дверь под прицелом держи, я сейчас. — Саша метнулся на второй этаж. Юзик, сидевший у окна, испуганно дёрнулся в его сторону.
— Спокойно, свои… Что видно?
— Толком ничего. Похоже — силы стягивают, вон там фары синие светили. — Юзик показал рукой направление.
Саша осторожно выглянул. Темнота, не видно ничего. И главное — он не знал, что там, за мельницей. Доверился Янеку — хоть бы спросил, есть ли за мельницей дорога, или там лес?
На втором этаже два окна, и находятся они довольно высоко над землёй. Беззвучно спрыгнуть не получится, к тому же не видно, что на земле под окнами, а то ведь так и ноги поломать недолго. Верёвку бы сейчас — попробовать спуститься. Но нет верёвки. Хотя… Ведь у него в сидоре провода, которые к подрывной машинке подсоединяются. Чем они хуже?
Только Саша подошёл к лестнице — спуститься на первый этаж, как там грохнул взрыв, следом — второй… Запахло взрывчаткой, потянуло дымом.
Он рванулся вниз. В двери мельницы ворвались несколько немцев.
Уже с лестницы Саша дал длинную очередь. Немцы упали, не успев выстрелить в ответ. Вот суки, через дверь гранатами закидали!
На первом этаже царил хаос — всё было перевёрнуто, в беспорядке лежали трупы немцев и партизан. Саша подобрался к Рогозину. Сержант был мёртв, голова размозжена осколками гранаты. Парни тоже не подавали признаков жизни.
Саша подхватил пулемёт и поднялся на второй этаж. Здесь безопаснее, нет двери, хотя окна тоже позволят забросить гранату. Только темнота мешает и высота — от окон до земли метров семь.
— Что с нашими? — спросил Юзик.
— Все полегли.
Из-за кустов пустил струю огнемёт. Пламя на миг осветило местность.
Саша направил ствол пулемёта на огнемётчика, но пулемёт молчал. Саша попытался передёрнуть затвор, но его заклинило — видимо, осколки гранат повредили трофейный МГ. Саша выбросил бесполезное оружие в окно. Чёрт! Он же забыл взять на первом этаже сидор с проводами! Он колебался. Их осталось двое, а у немцев появился огнемётчик.
Первый этаж мельницы сложен из камней, и ему огонь не страшен, а вот второй — из брёвен. Подожгут ведь, сволочи!
Надо идти за проводами.
Быстро перебирая ногами, Саша спустился вниз. Лестничный пролёт внезапно осветился пламенем, и раздался душераздирающий крик Юзика. Струёй пламени огнемётчик угодил в окно.
На высокой ноте крик Юзика оборвался.
Итак, он остался один.