Подрывник

это не партизаны, а бандиты.
— Тимоха, проверь у него документы. Если есть, надо отпускать.
— Да шлёпнуть его, и все дела.
— Если Гёзе узнает, болтаться тебе на виселице.
Тимоха подошёл к Саше.
— Аусвайс!
Саша показал на левый нагрудный карман.
Тимоха сам расстегнул пуговицу и достал солдатскую книжку парашютиста.
— При документах немец.
— Неси сюда, посмотрим.
Тимоха направился к двум бандитам. Один из них явно был старше. Он-то и допустил ошибку: повернувшись к Саше спиной, он закрыл его от двоих своих сообщников. Другого случая могло не представиться.
Саша выхватил из кармана «парабеллум» и передёрнул затвор.
Тимоха ещё не успел среагировать на этот характерный и привычный многим военным звук, как Саша выстрелил ему в спину, сделал шаг в сторону и дважды выстрелил по лжепартизанам.
Старший, который давал указания Тимохе, сразу упал, а второго Саша ранил. Тот вскрикнул, повернулся, пытаясь убежать, да разве от пули убежишь?
Саша выстрелил ему в спину. Подбежав к старшему, для верности выстрелил ему в голову.
Тимоха тоже был ещё жив — лежал без сознания и хрипел. Саша добил его. Расстегнул на убитом ватник и рубашку — вся грудь была в наколках. Стало быть, не ошибся он, уголовники это.
Он обыскал убитых, и под подкладкой ватника у старшего обнаружил бумагу на немецком языке с подписью и печатью. Наверняка при встрече с немцами или украинскими карателями бумага должна была подтвердить, что они — немецкие пособники.
Саша присел на пенёк, намотал-таки злосчастную портянку и натянул сапог. Пальцы рук мелко дрожали — ведь едва не влип. А он-то хорош, не обнаружил засады, пёр, как кабан. Впредь надо осторожнее быть: лес — не чистое поле, где далеко видно. Засада может быть в любом месте. Только случай, неподготовленность, уверенность в своей наглости и непрофессионализм лжепартизан позволили ему выкрутиться из чрезвычайно опасной ситуации. И форма с документами не помогли, лишь дали возможность выиграть несколько минут. А был бы он в ватнике и при оружии — могли бы, не разбираясь, выстрелить в спину.
Он вытащил из руки убитого Тимохи солдатскую книжку и вернул её в карман. Фотография на ней не его, и никакой проверки он не выдержит, но свою роль солдатская книжка сыграла.
Похоже, пора убираться отсюда, как бы на выстрелы чужие не пожаловали. Лжепартизан могло быть не трое — только часть банды.
Собрав оружие и патроны, Саша вернулся на хутор. Бросать оружие не хотелось — оно могло достаться врагу или без толку заржаветь под открытым небом. Его разведка на сегодня сорвалась, но он остался жив, выкрутившись из смертельно опасной ситуации.
На следующий день Саша отправился к дуплу, служившему «почтовым ящиком»: надо было передать партизанам оружие — зачем ему несколько карабинов? А у партизан с оружием туго. И неожиданно обнаружил в дупле записку, в которой была всего одна буква — «В».
Саша стал вспоминать, какой сегодня день недели. Выходило — вторник и есть. До полудня ждать было недолго, и он решил задержаться — два часа в его положении ничего не изменят.
Он полежал на траве под деревом, издалека наблюдая за «почтовым ящиком».
Ровно в полдень из-за деревьев вышел Михась, огляделся.
Саша приподнялся из травы и махнул рукой.
— Я здесь.
Мужчины подошли друг к другу, поздоровались.
— Ты встречи просил?
— Да, — Михась помялся. — Вроде ты со взрывчаткой умеешь обращаться?
— Немного кумекаю, а что?
— Центр по рации требует взорвать железнодорожный мост, чтобы надолго парализовать движение. А у Коржа в отряде подрывников нет.
— Можно помочь. У меня встречное предложение — надо забрать оружие. Могу отдать три карабина и пару пистолетов.
— Здорово. Где и когда встретимся?
— Время и место это же. А когда — тебе решать.
— Мне ещё со связными встретиться надо, а завтра — в поездку. Давай через четыре дня.
— Годится.
Мужчины попрощались и разошлись.
Саша шёл на хутор и прикидывал — какой мост решили взорвать партизаны? Здесь, поблизости от станции Ловча серьёзных мостов не было. И что от него конкретно нужно? Обучить партизан минно-взрывному делу или самому принять участие в диверсии и подорвать мост? Тут разведка нужна, организация, прикрытие. У немцев охрана на мостах серьёзная, просто так близко не подойдёшь, не то чтобы взорвать.
Только полностью неуязвимых объектов не бывает. Всегда найдётся слабое, уязвимое место, которое надо найти, нащупать. Впрочем — чего гадать, при встрече всё выяснится.
Четыре дня пролетели в хозяйственных заботах.
Утром, в день встречи, он предупредил