Подземелье мертвецов. Дилогия

сглотнул. Хаммер выпрямился и сделал шаг назад, чтобы иметь возможность видеть сразу двух своих спутников.
– Плохие сны? — поинтересовался Джек. Вайлд устало кивнул.
– У меня тоже, — Джек нахмурился. — А как ты, Хаммер?
– Видел кошмар, — сообщил Хаммер, стараясь, чтобы голос его звучал ровно и спокойно. — Ну и что с того? Похоже, что у нас у всех совесть не чиста.
– Боюсь, что дело не только в этом, — покачал головой Джек. — Это место вообще полно всяких кошмаров.
– Что ты хочешь этим сказать? — Хаммер вопросительно заглянул Джеку в глаза.
– Когда я пробрался сюда в первый раз, — начал рассказывать Джек, — то некоторое время наблюдал за разведчиками. Все они спали, даже та, что стояла на часах. И насколько я понял, всем четверым снились сны. Далеко не приятные сны. А что приснилось тебе, Хаммер?
Тот подозрительно оглядел Джека, потом невозмутимо пожал плечами и произнес:
– Один неприятный эпизод из прошлого. А ты что видел?
– Мне снилось, что лес опять превратился в Темный лес. А у тебя что, Вайлд?
– Грехи мои в конце концов обрушились на мою несчастную голову, — изрек печально лучник. — Давай-ка отсюда убираться, Хаммер. Не нравится мне это местечко. Дурное оно. Злое.
– Места дурными не бывают, — нетерпеливо перебил Хаммер. — Дурными могут быть только люди.
– Это далеко не всегда так, — возразил Джек. — В лесу есть такие места, которые лучше обходить стороной. Мрачные, темные места. Они там были задолго до того, как пришла та длинная ночь, и до сих пор остаются все там же, хотя ночь давно кончилась. В таких местах чувствуется присутствие зла. Оно пропитывает землю, камень, древесину, будто грязь, которую никогда не отмыть. Эта крепость — как раз такого рода. Я это ощущаю всей кожей. В том, что здесь все видят дурные сны, нет никаких случайных совпадений.
– Сплошное зло, — поежился Вайлд. — Здесь все пропитано кровью и смертью. Нет же, Хаммер, надо отсюда сматываться.
– Теперь? Когда мы уже совсем близко? — Хаммер, казалось, был искренне удивлен. — Ты что, совсем мозгов лишился?
– Нет еще. Но очень скоро лишусь, если останусь здесь. И ты тоже. Это крепость-убийца. Она выглядит, как и любая другая крепость, но только она живая, а нас хочет сделать, покойниками. Тут кругом сплошное сумасшествие. Ночные кошмары, существа, которым давно уже не полагается расхаживать среди живых, повсюду кровища, петли с потолка свисают, ни единого живого человека нет:
Голос Вайлда сорвался на истерический крик. Хаммер размахнулся и отвесил лучнику пару увесистых пощечин. Вайлд замолк; рука его упала на рукоять меча. Хаммер стоял не двигаясь и сверлил Вайлда взглядом. Лицо лучника вдруг снова ожило, следы истерики исчезли без следа. Губы его сжались в прямую линию, глаза потемнели.
– Ну? — вполголоса спокойно произнес Хаммер. — Так что ж ты собираешься делать, Эдмонд? Ударить меня? Убить?! Не будь идиотом. Может, ты и ходил когда-то в героях, но все это было слишком давно. Вздумай только поднять на меня руку, и я тут же отрублю ее.
– Я и сейчас управляюсь с луком точно так же, как и прежде, — ответил Вайлд. В голосе его слышались твердость и спокойствие. Никаких эмоций. Он смотрел Хаммеру прямо в глаза. — Да и с мечом я, кстати, не так уж плохо умею управляться.
– Верно, — согласился Хаммер. — Ты очень даже неплохо управляешься и с мечом и с луком. Но только у меня есть «Волчья отрава».
Они долго сверлили друг друга взглядом. Джек недоуменно смотрел то на одного, то на другого. И ему показалось, что перед ним стоит какой-то другой Вайлд. С этим Вайлдом он еще не знаком. В лице лучника была сила, гнев и что-то еще: Собственное достоинство, что ли?
– Теперь ты служишь в моей команде, Эдмонд, — сказал Хаммер. — Потому что без меня ты опять скатишься на дно. Я твой единственный шанс снова стать более или менее серьезным человеком, и ты это прекрасно знаешь.
Вайлд набрал полные легкие воздуху и медленно выдохнул. Правая ладонь разжалась и оставила меч в покое.
– Да, — сказал он. Сказал тихо и с горечью. — Я теперь служу у тебя, Хаммер.
Хаммер улыбнулся и неторопливо кивнул:
– Вот и хорошо. Я очень рад, что мы наконец разобрались с этим вопросом. Где-то здесь, в крепости, лежит ни много ни мало сто тысяч дукатов червонного золота и дожидается, пока мы соизволим прийти и забрать его. И чтобы заставить меня свернуть в сторону, потребуется что-нибудь посерьезнее, чем несколько скверных снов. Так что я остаюсь здесь. И ты тоже. Ясно тебе это, Эдмонд?
– Да.
– Что-то я тебя плоховато расслышал, Эдмонд. Ясно тебе или нет?
– Да! Ясно мне! — выкрикнул Вайлд со злобой.
Он повернулся к Хаммеру спиной