Конечно, вы знаете, чем занят черт, пока Бог дремлет. Но наверняка не в курсе того, кто стоит у руля, когда оба отдыхают. Представьте себе: на сцену выходят их подручные и таких дров могут наломать, что о-го-го… Да-да, не думайте, что один весь такой белый и пушистый, а значит, вечно совершает благо. А другой — хвостатый, рогатый, покрытый чешуей и, следовательно, вечно хочет зла. Ничего подобного — оба хороши. Интриганы, озабоченные карьерой и стремящиеся выслужиться перед начальством. Недавно такое учудили! А было так: забрались ангел и демон на облако и кинули над Москвой четыре монетки…
Авторы: Мусаниф Сергей Сергеевич
и пытался дать газ. В два прыжка я настиг машину, рванул на себя дверцу и выволок стрелка на асфальт.
— Что же ты творишь? — укоризненно спросил я и ударом кулака погрузил парня в глубокий сон.
Потом взвалил тело на плечо, пошарил правой рукой под щитком приборов, вытаскивая из замка зажигания ключи, и отправил парня досыпать в роскошный вместительный багажник американского монстра.
Оставалось только два дела. Уже не шатаясь, я вернулся к догорающим останкам своей машины и вошел в пламя. Одежда сразу же занялась, но я уже не обращал— внимания на подобные мелочи. Меня интересовал мой меч.
Ящик покоробился и местами обгорел, но меч, хоть и был весь в копоти, оставался целым. Я вытащил его, обжигая ладонь и обдавая ноздри запахом паленого мяса, которое было моим собственным, и в таком виде, в окровавленных и тлеющих лохмотьях, с лицом, запачканным чужой кровью, и с длинным мечом в руке, вошел в вестибюль здания, в котором прожил последние десять лет. Портье прятался где-то за стойкой, какая-то старушка, не помню с какого этажа, взвизгнула и принялась истово креститься. Но самое главное, что я успел заметить, — Ольги в помещении не было.
Когда Александр с Женей вернулись в штаб-квартиру команды отца Доминика, вид у них был усталый. Только Александр выглядел усталым и довольным, а Евгений — усталым и непонимающим.
Александр снял куртку, повесив ее на спинку своего стула, сверху бросил обе кобуры, уселся, закурил сигарету и расслабился. Команда во главе с отцом Домиником выжидающе смотрела на него. Но ни словом, ни жестом никто не поторопил Александра, предоставляя ему возможность собраться с мыслями и начать рассказ так, как он сочтет нужным.
Когда сигарета была выкурена наполовину, Александр потянулся, да так, что кости хрустнули, стряхнул пепел на пол и сообщил:
— Наш клиент.
Потом он рассказал все по порядку, начиная с того момента, как случайно подслушал переговоры между дежурным по отделению и патрульной машиной и его заинтересовало сообщение о перестрелке в центре города.
Внутренние правила группы запрещали выходить из штаб-квартиры в одиночку, предписывая передвижение только парами. Александр поставил команду в известность о своем маршруте, захватил с собой Евгения, так как не считал предстоящее занятие особенно опасным, и отбыл. Он не знал, что отправляется на место недавнего побоища, предполагая только посмотреть, где и как живет подозреваемый в вампиризме Стеклов, и попытаться побеседовать с ним под каким-нибудь благовидным предлогом. Александр знал, что телепатические способности вампиров днем практически не работают, и научился ставить ментальные щиты, отгораживая в собственной голове мысли, которые могли его выдать. В темное время суток его бы это не спасло, но в темное время суток на такую прогулку он захватил бы не одного Евгения, а всю команду в полном боевом оснащении.
У дома, где обитал предполагаемый вампир, было не протолкнуться от толпы народа, в которую входили представители «скорой помощи», пожарной службы и службы спасения, милицейские чины всех мастей и полный набор зевак, любопытствующих, местных алкоголиков, старушек, мамочек с детьми и прочего люда, которому нечем занять себя в рабочее время. Стоянка для машин носила личину поля боя. К прибытию Александра трупы еще не успели убрать, и они, окруженные лужами крови, лежали на асфальте в тех позах, в коих настигла их смерть; догорали останки двух автомобилей, третий был цел, но на пассажирском сиденье развалился труп. Пространство вокруг стоянки было засыпано стреляными гильзами, опытный глаз Александра сразу же заметил в стороне два использованных одноразовых гранатомета. Александр знал, что живет в безумное время, но чтобы средь бела дня в спальном районе палили из гранатометов… Это для него было в новинку.
В такой ситуации узнать, что же тут произошло, достаточно просто, если знать, кого и как спрашивать. Александр выцепил из толпы старушку, делившуюся впечатлениями с соседкой, продемонстрировал ей липовое, но сделанное на таком уровне, что мало кто смог бы отличить его от настоящего, удостоверение сотрудника ФСБ и попросил ответить на пару вопросов. Раньше КГБ выступал под прикрытием церкви, теперь же церковь воспользовалась потомком всемогущего комитета в своих целях, так что счет Александр считал равным.
— Так вот, — сказал Александр. — У Клавдии Ивановны окна выходят во двор, и в тот момент, когда началась заварушка, она высматривала свою внучку, которая должна была вернуться из магазина, так что видела она все от начала и до конца.
Собственные мысли о благоразумии Клавдии Ивановны, при первых же выстрелах не залегшей на пол
