Подземная Канцелярия

прогремел он.
— Никогда ничего не имел против хорошей драки, — сказал я. — Но ведь для дуэли есть свои правила. Прими свой нормальный размер, выйдем в другое измерение и изметелим друг друга до потери пульса.
— Здесь и сейчас.
— Ты отдаешь себе отчет, что, если мы с тобой схлестнемся в мире, да еще и в боевых воплощениях, погибнет куча смертных?
— Они умрут, а Суд определит, кто был праведен, а кто грешен, — сказал он. — Мне нет до них никакого дела!
Вот так вот. Если у нас теперь ангелы так рассуждают, то я уж совсем в этой жизни ничего не понимаю. Но выбора не было, поэтому я поднял с пола свой топор и вылетел Азраелю навстречу, по ходу принимая свой боевой облик, который когда-то обращал в бегство целые армии.
Давненько я этим не занимался, но такие навыки никогда полностью не исчезают. И когда мы сравнялись в размерах с разбушевавшимся ангелом, я уже точно помнил, как, что и когда следует делать.
Перевести бой в иное измерение, специально для таких боев предназначенное, у меня никакой возможности не было. Чтобы минимизировать урон среди смертных, мне следовало вернуть Азраелю его нормальные размеры. Было у меня для этого случая соответствующее заклятие, но для того, чтобы оно вступило в силу, ангельская кровь должна была смочить лезвие моего топора.
Азраель начал махать крыльями, как налетевший на огонь свечи мотылек, и резко ушел вверх. Я отправился за ним, но не столь быстро. Мне, старому демону, торопиться некуда. Пусть нападает, когда сочтет нужным.
Он выбрал идеальную позицию, зайдя со стороны солнца. Белоснежный ангел на фоне ясного неба, да еще и заходящий с солнечной стороны, практически не виден, так что я едва не прозевал момент атаки.
На высоте пяти километров он атаковал. Этакое белоснежное ослепительное летящее копье с огненным мечом на острие. Он сложил крылья за спиной и пикировал прямо на меня. Я взмахнул левым крылом, предпринимая маневр уклонения, и выставил вперед свой топор. Он успел изменить траекторию своего полета в последний момент, и оружие наше скрестилось с оглушительным треском, от которого у смертных должны были полопаться барабанные перепонки. Отдача от удара еще долго звенела в моих руках. Такое впечатление, что я со всей силы вломил по скале.
— Когда-то ты был хорош, Скагс! — прогремел он, выходя из пике. — Когда-то тебе не было равных! Теперь есть!
— Я вижу, ты усердно тренировался после своего проигрыша, — сказал я.
— Тебе просто повезло в тот раз.
— Все неудачники так говорят, — сказал я, отражая его следующую атаку.
Удар был такой силы, что расшвырял нас в стороны. Мне удалось удержать высоту, а Азраель опустился чуть ниже. Теперь солнце было сбоку, одинаково мешая нам обоим, и позиции наши были равны. Моя даже чуть лучше.
Но Азраель был хорош. Гораздо лучше, чем в прошлый раз, когда я одержал над ним победу. Видимо, действительно весьма усердно тренировался и работал над собой все это время. А что еще делать сидящему без работы ангелу мщения? Не искать же себе место в огромном бюрократическом аппарате, как это сделал я.
Ярость боевого воплощения захватила все мое существо. Ярость стала моей кровью и бурлила в моих жилах. Ярость и смерть. Как этот ничтожный ангел посмел бросить вызов мне, Скагсу, демону разрушения?!
Тысячи лет назад в ином измерении Сатана вел в бой легионы демонов, и я был его знаменосцем. Это была война, о которой не написано ни в одной человеческой книге, война, о которой смертные никогда ничего не узнают, потому что Сами Знаете Кто никогда не позволит такой книге выйти в мир.
Потому что в той войне он проиграл. Он хотел навязать свою волю аду, раз и навсегда разобраться со своим падшим ангелом, который предпочел царствовать в аду, чем прислуживать на Небесах. И он бросил в бой свои лучшие силы, легионы ангелов и херувимов, героев и святых. Это произошло вскоре после Падения.
По замыслу Сами Знаете Кого в той войне ад должен был быть уничтожен. В той войне он хотел рассчитаться за Змия, за грехопадение и за первую неудачу своего эксперимента. В той войне он хотел уничтожить своего единственного конкурента.
Многие погибли тогда. Лучшие ангелы были сражены на поле боя, и цвет демонов остался лежать среди них, и кровь их смешивалась и вспыхивала, как взрывается вещество, встретившись с антивеществом. Но ад, потеряв многих, выстоял, и это означало, что Небеса потерпели поражение. Это был первый Армагеддон, битва между силами Света и тьмы. После этого произошло разделение сфер влияния, было заключено перемирие, длящееся и по сей день. Да, мы остались конкурентами, соперниками, но перестали быть врагами. Между нами был заключен договор. Но это все равно был первый Армагеддон. И Азраель, пылающий