Конечно, вы знаете, чем занят черт, пока Бог дремлет. Но наверняка не в курсе того, кто стоит у руля, когда оба отдыхают. Представьте себе: на сцену выходят их подручные и таких дров могут наломать, что о-го-го… Да-да, не думайте, что один весь такой белый и пушистый, а значит, вечно совершает благо. А другой — хвостатый, рогатый, покрытый чешуей и, следовательно, вечно хочет зла. Ничего подобного — оба хороши. Интриганы, озабоченные карьерой и стремящиеся выслужиться перед начальством. Недавно такое учудили! А было так: забрались ангел и демон на облако и кинули над Москвой четыре монетки…
Авторы: Мусаниф Сергей Сергеевич
не идти в армию, и «феррари».
— А как я родителям все объясню?
— Поверьте, — сказал Скагс. — Человеку, у которого есть миллион долларов, не надо никому ничего объяснять.
— Вам легко говорить, — сказал Леша.
Скагс сунул руку в карман, достал сигарету, это было «Собрание черных русских», отметил Леша, и прикурил ее, приложив кончик сигареты к подушечке указательного пальца.
— Удобно, — заметил Леша.
Скагс не стал утруждать себя ответом. Курил он как-то странно, на Лешин взгляд. Затягивался дымом, потом делал выдох, но дым из внутренностей демона уже не выходил. И, когда он стряхнул пепел, комочек, сорвавшийся с сигареты, просто растаял в воздухе, не пролетев и половины расстояния до пола.
— А она точно не будет ломаться? — спросил Леша, и Скагс понял, что победил.
— Совершенно точно, — сказал он. — У наших машин пожизненная гарантия.
— Я хочу посмотреть на деньги, — сказал Леша.
— Извольте.
Скагс переложил сигарету в левую руку и щелкнул пальцами правой. В тот же миг на столе, прямо перед Лешиным носом, оказался довольно солидных размеров кожаный чемодан. На боку его была прилеплена бумажка: «ПК. Для производственных расходов. Один миллион американских долларов».
— Что такое ПК? — спросил Леша. Ему было интересно, что это за место, где такие чемоданы водятся.
— Подземное Казначейство, — пояснил Скагс. — Откройте, будьте любезны.
Леша открыл. В чемодане были пачки стодолларовых купюр нового образца, со съехавшим набок и чуть увеличенным портретом президента. Купюры выглядели свежими, но уже побывавшими в употреблении. Леша вытащил пачку наугад и пролистал. Не кукла.
— Настоящие?
— Самые что ни есть, — сказал Скагс. — Если у вас какие-то сомнения, можете сходить в ближайший обменный пункт, я здесь подожду.
— Да нет, чего уж там, — сказал Леша. — Здесь всё?
— Всё, — подтвердил Скагс. — Пересчитывать будете?
— Не буду, — решил Леша. — А машина?
— Выгляните в окно.
Леша осмотрел двор с высоты девятого этажа. Долго искать не пришлось. Прямо у его подъезда стояло ярко-красное чудо техники, собранное лучшими итальянскими мастерами, ныне пребывающими в аду.
— И не ломается?
— Нет.
— Согласен, — сказал Леша. — А все-таки как вы ситуацию вот с этими типами разруливать будете?
Скагс посмотрел в указанном Лешей направлении.
— Легко разруливать, — сказал он. — Только сначала нам нужно закончить с кое-какими формальностями.
— А… — сказал Леша.
Перед его глазами, прямо на пачках зеленых купюр появился лист бумаги.
— Договор, — сказал Скагс.
— А чего такой короткий?
— Стандартная форма, — сказал Скагс.
— Второго экземпляра нет?
— Только наш, — сказал Скагс. — Вам он без надобности.
— А если потеряете?
— Не потеряем, — заверил Скагс. — За все тысячелетия существования нашего ведомства таких прецедентов еще не было.
— Как знаете, ваши проблемы, — сказал Леша. — Чем писать-то?
— Как обычно, — сказал Скагс.
— Это кровью, что ли?
— Формальная процедура.
Леша поднял лист бумаги и увидел под ним булавку. Древнюю, архаичную, похоже, медную. Она потускнела от частого использования, на вид ей было лет двести.
— И сколько народу до меня ею кололось?
— Все стерильно, — сказал Скагс. — Фирма гарантирует.
— СПИДа не подцеплю?
— Ни в коей мере.
— А какой другой заразы?
— Шеф упаси, — сказал Скагс. — Решайтесь. Я должен вас предупредить, что вы все еще можете отказаться.
— Чего уж тут, — сказал Леша и уколол большой палец.
Появилась небольшая капелька крови.
Булавкой Леша нацарапал внизу страницы свое имя, поставил подпись и дату. К его удивлению, крови в булавке хватило, словно с одного укола она насосалась, как пиявка.
Как только Леша поставил подпись, и договор и булавка исчезли.
— Дело сделано, — сказал Скагс.
— Что, уже все?
— Да, с момента подписания договора ваша душа становится нашей собственностью, — сказал Скагс.
— Хм, — сказал Леша. Никаких изменений в своем состоянии он не чувствовал, потому подумал, что сделка оказалась выигрышной. — А эти парни в прихожей?
— Предоставьте это дело мне, — сказал Скагс, поднимаясь с дивана. На его лице была довольная усмешка.
Он подошел к Компостеру и участковому, мирно посапывающим в прихожей, и коснулся их лбов, только теперь ужe не указательным, а средним пальцем, тем самым, что принято показывать неприятным вам людям.
Компостер тут же открыл глаза и вскочил на ноги.
— Чего разлегся?! — прикрикнул он на участкового.
— Да я… что-то… как-то…
