Разрушитель женских сердец, красавец-офицер военной разведки предпочитает жен высокопоставленных чиновников. Расследуя случаи самоубийств женщин в возрасте, старший лейтенант Ева Курганова, агент федеральной службы безопасности, выходит на любовника-разведчика и уничтожает его. Гений-самоучка изобретает самонаводящееся на цвет и звук оружие, студент-журналист пишет о похоронах собак и крокодила, японский дипломат получает взятку.Смешной и страшный криминальный роман о сильных женщинах и беззащитных мужчинах.
Авторы: Васина Нина Степановна
что очень рада его видеть, что скучала, при этом она развернула Хрустова, встав спиной к стене и закрываясь им.
– Я тут подумала, – пробормотала она, обнимая Хрустова за шею и притягивая к себе, – подумала… Я подумала… Хрустов, ты где оружие держишь? – спросила она шепотом в наклоненное лицо.
Хрустов успел пробежаться руками по ее телу от подмышек до талии, выяснил, где она держит оружие, и растерянно соображал, что это такое происходит.
– Я тут тоже подумал на досуге. Ты мне кое-что должна. – Он прижал Еву покрепче к себе и поцеловал в губы длинным поцелуем.
Вышедший из дверей Дима Куницын осмотрел сначала улицу, повернулся, отыскивая Хрустова, и застыл. Он смотрел несколько секунд, потом отошел в сторону и отвернулся.
– Поняла, где мое оружие? – поинтересовался Хрустов, тяжело дыша.
– «Блендамед», а я «Жемчуг» люблю, – сказала Ева и не дала Хрустову оглянуться. – Слушай, тут такое дело. Ты сейчас на работе? Ладно, не отвечай, ясно, что на работе. Молодого-красивого водишь? Вы живете в этой гостинице?
Хрустов молчал, рассматривая ее лицо.
– Твой клиент, – продолжила Ева, – он не должен меня видеть. Я тоже на работе. Поработаем, Хрустов?
Хрустов удивленно вскинул брови.
– Скажи ему, чтобы не ждал, скажи – догонишь. Только меня не показывай.
– Я сейчас! – крикнул Хрустов Диме, повернувшись назад, и прижал голову женщины к груди, захватив рукой волосы. – Догоню.
Дима хмыкнул, повел головой, улыбаясь, и медленно пошел к небольшому кафе напротив.
Молодец! – сказала Ева. – Высунь немного язык… Вот так. Смотри, как надо целоваться.
Хрустов пробежался, догоняя Диму. Он был грустен и задумчив.
– Знакомая? – спросил Дима.
– Нет, так. Прохожая. Какие у меня здесь могут быть знакомые.
– Как это – прохожая? Что, вот эта… с такими ногами?
– Да. Зацепил, зажал, потискал немного. А что ты так удивляешься?
– Подожди, – Дима остановился и нашел глазами глаза Хрустова, – что ты тут грузишь, как это, зацепил-зажал?!
Хрустов вздохнул и огляделся, выбирая. Молодая женщина с большой хозяйственной сумкой не успела понять, что происходит. Ее дернул за руку и прижал к себе немолодой высокий мужчина. Со словами «Ну до чего же ты хороша!» он расцеловал ее в обе щеки и оттолкнул от себя.
– Приблизительно так. – На Диму он смотрел совершенно серьезно, с оттенком снисходительности. – Твое присутствие заразительно, – решил объяснить свое поведение Хрустов.
– Ну ты даешь! Я тоже сейчас…
– Не надо! – Диму взяли за руку повыше локтя. – У тебя так не получится. Мы потом не сбежим. Придется жениться!
На часах – половина первого. Ева Николаевна второй час копается в машине. Рядом сморкается инспектор Илья Ильич и рассказывает пошлые анекдоты оперуполномоченный Груздев, а попросту – Груздь.
– Водку пьете? – спросил он Еву. Она, задумавшись, смотрела сквозь него в открытые двери гаража и не ответила.
Гараж был милицейский. Машину пригнал Груздев, у которого на каждое слово имелся анекдот.
– Кстати, про водку! – обрадовался опер. – Едет один банкир ночью по городу и видит – стоит на проезжей части бутылка водки. Не остановлюсь, думает, засада!
– Значит, вас вызвали ночью в дом мэра… – задумалась Ева. – А тогда, ночью, машину осматривали?
– Едет он дальше!
– Я Осматривал, – кивнул Илья Ильич. – Поверхностно.
Ева села на маленький складной стульчик, вытирая руки тряпкой.
– А на проезжей части стоят две бутылки!
– Слушай, Груздь, сходи-ка ты, правда, за бутылкой. Загибаюсь. – Илья Ильич наконец чихнул и вытирал слезы.
– Сейчас. Он притормозил так…
– А лучше коньячку, – сказала Ева, доставая пачку сторублевок.
– Один момент! – Он убежал очень быстро.
Ева обвела взглядом стоящую перед ней иномарку. Где это может быть? Ведь Хмара не мог запрятать блок так, чтобы разбирать, доставая его, машину на запчасти!
– Ты почему в органах? – спросил вдруг Илья Ильич.
– Больше ничего не умею делать, – вздохнула Ева.
– Ничего себе!.. Больше ничего. Вот ты сейчас злишься?
– Почему? Нет, не злюсь. Просто решаю задачку.
– А если не найдешь, разозлишься?
Ева повернулась к стоящему сзади инспектору и посмотрела на него внимательно. Илья Ильич аккуратно складывал платок.
– А я как разозлился! Меня даже пот прошиб, вот как! Куда я только это не тыкал. Никуда не подходит! В силу неизвестности предмета я решил его пока конкретно не описывать и не применять в качестве улики. – На протянутой Еве ладони лежал небольшой, похожий на пейджер предмет.
– Спасибо. – Ева
