Пограничник

– Отставить! – шутливо скомандовал он, подражая взводному, и засмеялся, видя, что его появление произвело впечатление на приятелей.
– Не шуми! – шикнул на него Иван. – Вон, лучше послушай нашего охотника. Он говорит, что майор наш – злой дух…
От его голоса Бадманов съежился. Помолчали.
– Дух не дух, – серьезно сказал Васька, закуривая вонючую папиросу, – а вот то, что он непростой, – факт. По мне, лучше бы старый командир остался. Душевный был человек. А с этим ухи надо держать востро. Съест.
Как в воду глядел Васька…
– Зачем сказал? – с укором спросил Ивана Бадманов, когда Васька, докурив и раздавив окурок в пепельнице, вышел из каптерки. – Я же только тебе одному это доверил! Не надо так. Больше не говори никому!
– Извини, Цырен, не подумал… – ответил тогда Иван.
И даже сейчас, через пять лет, он все еще чувствовал вину перед бурятом, который первым разглядел надвигающуюся на них опасность.
Зима в том году выдалась снежная, с частыми буранами. Почти каждое утро солдатам приходилось чистить снег на плацу, ну а тропинки, ведущие от пунктов временной дислокации к караульным постам, либо утаптывали, либо тоже расчищали лопатами. С начала зимы морозы стояли несильные, но к январю так прижало, что трещали толстые стволы кедров. По ночам термометр опускался до минус сорока семи, а маленькая котельная усиленно коптила черным дымом блеклосерую простыню северного неба, тщетно стараясь разогнать стужу.
Солдаты замерзали даже в овчинных тулупах и теплых унтах. В блиндажах дежурные жались поближе к печкам.
В остальном на заставе все осталось попрежнему. Несмотря на мороз, майор вместе с замом по тылу пропадали в тундре, только вот почемуто они очень редко привозили с охоты трофеи. Да еще стала чахнуть жена зама по тылу. Ивану както довелось увидеть ее близко – столкнулись на узкой тропинке. И когда он шагнул в снег, пропуская ее, то заметил, что столичная красавица сильно похудела за прошедшие три месяца, под глазами залегли темные круги, а нос заострился. Она отвернулась от любопытного Иванова взгляда, склонила голову. А Иван удивился. Если бы его жена на далекой заставе выглядела так, он давно бы отвез ее в город – в больницу. Но заму по тылу, видимо, не было до этого никакого дела. А может, он сам довел свою жену до такого состояния, кто знает?
Еще один тревожный «звоночек» раздался, когда к ним неожиданно пожаловали два офицера из вертолетной части. Пожаловали на снегоходе, но не к заставе, а прямо к дальнему ПВД.
– Здорово, мужики! – крикнул один из них, когда они еще только подъезжали. Взводный, невысокий светловолосый крепыш Михаил Барков, которого за глаза все звали Бара, жестом скомандовал насторожившимся солдатам «вольно», вышел вперед. О чем он говорил с «летунами», стоявшими на краю траншеи, Иван не слышал, но вернулся Бара озабоченный. А когда шум снегохода затих, он оглядел всех и вздохнул.
– Пропали у них двое. Два дня назад. Ушли на охоту и не вернулись. Ктонибудь был на девятом ПВД позавчера? О, братья Савченки были! Савченки? Были?
– Были… – озадаченно ответил один из братьевблизнецов Савченко.
– Были… – как эхо откликнулся второй.
Одного из них звали Виктором, второго Юрием, но никто не мог запомнить, кто из них кто, поэтому все звали их по фамилии.
– Ничего подозрительного не заметили?
– Никак нет, не заметили, – сказал первый Савченко. – Росомаха там ходила. Два раза нити рвала. Но мы ее видели. Витька вон ее застрелил потом. А так больше ничего.
– Майор приезжал еще, – ответил второй Савченко, – с замом по тылу. И все. А че большето? Кому надо в такой холод собачий кудато переться?
– Ну вот комуто понадобилось… Пропали люди.
– Да замерзли, поди, господин лейтенант, да и все! Снегоход сломался, долго ли в такой мороз в тундре продержишься? Дров нет. А если пешком, да заблудились? Тогда и не найдут никогда, разве только весной…
Бара махнул рукой, глянул на часы:
– Пора сменять ребят! Савченки, Логинов, Бадманов – на выход!
А через две недели пропал Леха Пиякин – худенький, тихий, всегда чуточку сонный парень, с которым Иван прибыл на заставу из «учебки». Его хватились на вечерней поверке. Обыскали заставу, оповестили все посты, но результатов это не дало. В обед на построении он был, был и на построении после учебы. И вот – на тебе! Обошли заставу и дорогу до ближайших постов по периметру. Следов с заставы не было, весь транспорт оставался на месте. Был бы на заставе старый начальник – схватился бы за голову: ЧП в мирное время, дезертирство!
Но майор Хенкер остался невозмутим. После того как ему доложили, что пропавшего рядового так и не нашли, он молча ушел к себе, запер за собой дверь.
– Странно