Пограничник

оружие, потом, осторожно ступая по стеночке, добрался до двери справа, толкнул ее, тихонечко, стараясь не шуметь, прикрыл за собой, перевел дух и бросился в свою каморку.
– Чего только не померещится! – бормотал он, надевая разгрузку, затягивая ремни и проверяя карманы. – Видно, глаза так привыкли к темноте, что свет уже воспринимается как нечто диковинное.
Он пересчитал запасные магазины, развернул холстину с копьем Святого Георгия. Еще вчера он надел наконечник на деревянную рукоять с крестовиной, превратив его в подобие ножа. Помедлив секунду, он вложил его в запасные ножны, тщательно проверив, чтобы наконечник не выпал ненароком. Наверняка еще оружием можно разжиться на базе военного батальона ООН, расположенного как раз по пути к Тринити.
– Миу…
Иван удивленно обернулся – в комнату, гордо задрав хвост, ступила белая кошка. Она как ни в чем не бывало подошла к Ивану, потерлась о его ноги, развернулась и потерлась еще раз, теперь другим боком.
– Миу! – кошка задрала мордочку, заглядывая Ивану в глаза.
Иван с удивлением разглядывал ее. Неужели эта та самая кошка, которую он встретил в «АвалонКомпани»? Маловероятно, конечно, но кто знает? Недаром, небось, говорят, что кошки – самые загадочные существа.
– Покормить тебя, что ли? – Иван наклонился, почесал кошку под подбородком. Та изловчилась и потерлась о его руку щекой. Как она всетаки сюда попала? Иван задержался еще на минуту, зашел на кухню, открыл ножом банку с тушенкой. Вывалил содержимое в глиняную миску, миску поставил на пол.
– Давай, существо, лопай!
Кошка принялась за еду, урча от удовольствия.
Иван надел каску, застегнул ремешок, перекрестился на икону Спаса и вышел, не оглядываясь. Ему предстоял далекий путь.

Тушить перед иконами свечи, зажженные Марией, Иван не стал. Вокруг был камень, и загораться было нечему. Они погаснут сами, когда догорят. Ключ с собой Иван тоже не взял. Он запер дверь, а его положил на притолоку – кому надо, догадается, а животные в храм не проникнут. Отчегото он был уверен, что кошка, если ей будет надо, запросто найдет дорогу и туда, и обратно.
Иван не знал пути наверх, с трудом понимая, где он сейчас находится. По его мнению, они не могли уйти далеко от Киевского шоссе, но в любом случае ему надо было попасть на Пятое транспортное кольцо и пройти по нему до Каширского шоссе. Задача трудная, почти невыполнимая, но он знал, что отныне его ведет Тот, Кто распят на этом маленьком нательном крестике Марии. Больше надеяться было не на кого.
Возвращаться назад, в «Новый Авалон», он не стал, а шел и шел по нескончаемым подземным коридорам все время вверх, а если видел лестницу, то поднимался по ней. Наверное, его ктото вел, потому что не прошло и часа, как он очутился в узком коридоре, который с виду казался тупиком, но на деле заканчивался вентиляционной шахтой.
Иван поднялся по ржавым скобам, ногами выбил полусгнившие доски, загораживающие окошко, и вылез наружу. Он оказался в небольшом дворике, окруженном с трех сторон высоким бетонным забором, с четвертой к нему примыкала глухая стена дома. Не место, а идеальная ловушка – надо было срочно выбираться из нее. Он сдернул с плеча дробовик, спустил его с предохранителя и едва успел сделать несколько шагов в сторону предполагаемого выхода из этой бетонной ямы, как услышал рычание. Ему навстречу медленно вышла громадная среднеазиатская овчарка. Прижав короткие уши, пес оскалил зубы и глухо заворчал. Глаза его смотрели вроде даже без особой злости, скорее настороженно. Иван слегка расслабился, постаравшись всем своим видом дать понять собаке, что он не представляет для нее никакой угрозы.
– Эй, Мухтар! Фьють! – свистнул он. – Ко мне! На!
Но собака не отрываясь смотрела на дробовик Ивана. Значит, обученная и знает, что это такое. Иван вскинул оружие, не желая тратить время на животное, но собака кинулась в сторону, чуя, что ей угрожает опасность. Иван опустил «Сайгу», и пес снова вернулся на место, всем своим видом давая понять, что Иван мимо него не пройдет.
Иван ругнулся сквозь зубы.
– Что это еще за игра?
Пес с довольным видом переминался с лапы на лапу, поглядывал на Ивана и, казалось, совсем не питал к Ивану неприязни. Но стоило Ивану пошевелиться, он приподнимал верхнюю губу, обнажая громадные желтые клыки…
Вдруг Иван услышал позади себя шорох. Он обернулся, вскинув дробовик, но выстрелить не успел. Ктото большой и сильный сбил его с ног. Все произошло так стремительно, что Иван и не понял, как очутился на земле. Оружие отлетело в сторону. С довольным рычанием громадная псина бросилась к нему. Но если вторая