Пограничник

и взмыл в воздух.
Иван, завороженный мощью чудовища, наблюдал, как гигантский ящер отрывается от земли и устремляется ввысь, тускло посверкивая чешуей, разворачивается, будто нарочно демонстрируя мощь, и сверху, рассекая воздух крыльями, бросается на вертолет. Иван машинально пригнулся, словно это могло ему помочь. Но Андрей среагировал молниеносно. Он бросил вертолет вперед и влево – между башнями, потом плавно обвел его вокруг центральной башни по кругу направо и заложил левый вираж вокруг третьей, самой низкой башни. Ящер ненадолго отстал.
– Надо же! – крикнул Дикорос возбужденно. – Оказывается, адто рядом совсем! Что это за тварь такая? Не иначе оттуда вылезла!
Иван промолчал, он не знал, что ответить.
Андрей, не дождавшись ответа, вопросительно глянул на Ивана, но Иван не смотрел на него, Иван смотрел вперед, где изза угла башни неожиданно появилась голова чудовища; она распахнула навстречу вертолету огромную пасть, и Ивану показалось, что размеров этой пасти вполне достаточно, чтобы МИ70 поместился в ней целиком.
– Стой! – заорал он Андрею.
Но Андрей отреагировал быстрее, чем услышал крик, уводя вертолет от башни влево и вверх.
Левиафан еще шире открыл пасть и изрыгнул огонь.
Такое и в страшном сне не привидится. Работу огнемета, Иван видел только раз, когда их часть вызвали на помощь к медикам, сдерживавшим распространение черной язвы на юге Урала. Тогда село сожгли вместе со скотом, птицей и людским скарбом. А сами люди почти все погибли от эпидемии. Те, кто не умерли сразу, потом домучивались в инфекционных изоляторах военных госпиталей. Но пламя огнемета – пустяки перед стремительным огненным вихрем, ударившим в вертолет. Иван отшатнулся, насколько позволило кресло, но огонь замер, не долетев полметра до стекла, и тут же исчез, словно его и не было. Вертолет вышел на чистое пространство. Андрей зло рассмеялся.
– Нет, Афа, этим ты нас не возьмешь!
– Почему Афа? – спросил Иван.
– Да черепаха у меня была в детстве, я ее Афой звал. Никто не знает почему. Похожа! Такая же уродливая тварь! – Дикорос защелкал тумблерами на панели приборов. – Возьми управление пушками на себя. Мне хватит ракет. Давай прищучим «черепаху Афу»! Открывай огонь только по моей команде. Твоя задача – повредить крылья. Моя – добить ее ракетами.
– Почему ее? Может, это он? Старый чудак Годзилла из ядерного ада наконецто проснулся? – спросил Иван.
– Потому что стерва! Точно – она! А теперь – держись! Сейчас покажем этой гадине, на что способна наша птичка!
Левиафан настигал МИ70. На мониторе отчетливо просматривалась голова монстра. Но вертолет не подвел. Иван видел, как внизу мелькали деревья, крыши, перелески, и понял, что на такой скорости ему еще не приходилось летать.
– Сколько ты можешь из него выжать? – крикнул он Андрею.
– Немного, – ответил тот, – пятьсот километров в час, не больше. Но этой твари хватит. Другое дело, зачем нам такая скорость? Мы же не удрать хотим, а убить ее. Посмотрим, как она чувствует себя на высоте. Может, это ее хоть немного вымотает.
Вертолет начал подниматься.
– А какой у МИ70 потолок?
– У этого? Восемь тысяч. Хочу посмотреть, как эта Афа будет летать в условиях разреженного воздуха. Если нормально – значит, точно из ада. Если плохо, значит, она откудато поближе.
– А кислород? Не помрем?
– Будь спок! – к Андрею вернулась уверенность. – Пойдет автоматом, не дрейфь!
И они стали подниматься все выше и выше. На какоето время в кабине воцарилось молчание. Мир внизу оставался темным, чужим. Судить о положении машины в воздухе можно было только по светящимся цифрам вариометра. Каждый километр, отдаляющий их от башен Тринити, Иван чувствовал почти физически – болью. Непонятно отчего, но ему казалось, что каждая минута отдаляет его от Марии надолго, если не навсегда. Его цель была одновременно и близкой, и недосягаемой…
Им не пришлось подниматься слишком высоко – после трех тысяч метров левиафан начал отставать, а потом и вовсе повернул назад. Возможно, он подумал, что отогнал противника на достаточное расстояние от логова, и теперь решил вернуться назад.
– Куда! – закричал Андрей. – Эй, Афа! Такого уговора не было!
Он развернул МИ70 и бросил его вслед улетающему монстру.
– Сейчас его догоним, дай по нему очередь! Пусть позлится. Нам надо его вымотать.
Ну а дальше началось то, что Иван для себя определил, как игру в пятнашки, с той лишь разницей, что если бы Афа сумел догнать вертолет, то это была бы, наверное, последняя игра в их жизни. Они спускались за монстром на высоту, достаточную для того, чтобы Иван выпустил в него несколько снарядов, а потом удирали вверх от разъяренного