Похищенные

курс, с дальнейшим разгоном до скорости в три порядка, что займет еще несколько дней. Космос, он нетороплив и неспешен… пока тебя не начинают пытаться убить! Или споить…
— Куда теперь? — поинтересовалась Аня, изучая каталоги запчастей, а вернее, цены на них.
— Соседняя станция… в сорока световых годах от нас. — усмехнулся я, проверяя данные навигации.
— Хех — кажется подавилась Аня — Ни когда бы не подумал, что буду летать к соседям, на расстояние световых лет.
— Привыкай.
— А ты уверен, что эти твои… — вмиг стала серьёзной девушка, и развернулась ко мне лицом.
— Друзья? Собутыльники? Надежны? Нет. Но выбора у нас все равно нет, а если б они действительно хотели убить, то сделали бы это еще у себя на станции.
— Ну знаешь ли, возможно…
— Все возможно. — грубо перебил её я, возвращая свое внимание монитору — Но выбора у нас все равно нет.
— Выбор есть всегда. — буркнула девушка в ответ, также вернувшись к изучению экранов.
Может быть, может быть, тем ни менее, я очень хочу перестать быть на куриных правах, и начать жить, как честный гражданин. Тем более что покупка гражданства процедура штатная, и ради неё даже не нужно выходить из корабля.
Я ошибся. Выходить из корабля нам таки пришлось. Точнее мне. Но документы тут не причем. Просто у корабля взял и отказал один из трех до того исправных навигационных датчиков — некая штука, не то радар, не то фотоэлемент переросток, без которого в условиях сверх световой скорости, корабль обращается даже не в слепого котенка, а личинку в скорлупке. А три — это минимальное число для хоть какой-то навигации!
В общем, мы люто промахнулись мимо требуемой станции, начав торможение где-то за пределами соседней от требуемой нам системы, без возможности совершить перелет хоть к какой-то станции на приемлемой скорости. Риск повторить столь же крутой перелет слишком велик. А риск угодить «куда-то не туда» — еще выше.
В общем, датчик надо менять. И к счастью — запаска лежит в ангаре. И даже не одна! И лишь одна беда — у нас нет скафандров! Те поделки, из скафов пришельцев не в счет. Они эффективно защищают только от отсутствия атмосферы, и лишь самую малость — от космической радиации. Иначе говоря — гулять по пустому ангару в них можно, гулять по космосу на орбите планеты в тени станции тоже. Гулять по обшивке корабля, болтающегося в межзвёздном пространстве — нет.
Тут нет солнца, но нет и тени, нет хоть какого-то либо намека на атмосферу, даже атмосферу звезды, зато эти самые звезды — повсюду вокруг. И их радиация… движется в здешнем пространстве не встречая ни малейшего сопротивления. И хоть она довольно слаба, зато все объемлющая и все проникающая. И даже корабль бы уже дано фонил ею насквозь — противорадиационная защитка-то на нем совсем решето! Если б не умел использовать систему охлаждения как защиту от излучения, сбрасывая рационный фон в двигатель.
Как говорится: все ненужно — за борт! А в случае логики инопланетян — в двигатель! В него они суют и избыточное тепло, вырабатываемое в том числе и пассажирами борта, и радиацию, как внутреннею — от реактора, так и внешнею — от звезд! Иначе б мы давно заживо сварились на этом корыте. И мусор, если такой имеется — большинство отходов идет на переплавку-переработку, а остальное просто не пролезет в мусороприемник. Движок все сожрет и не подавится! И даже пользу выдаст, в виде некой небольшой процентной экономии расхода топлива.
В общем, прогулка по обшивки в здешних «широтах», это как прогулка на земле в окрестностях чернобыля сразу после аварии. Жить вроде и можно, но о детках можно забыть. Но датчик то менять надо! И я решил использовать роботов! Так я и потерял двоих из них…
То, что хорошо работало в условиях корабля, оказалось не очень-то работоспособным на его обшивке. Разгерметизация и ржавчина — так себе товарищи для похода в открытый космос! А главное — у них же воздушное охлаждение! Да они ж просто перегрелись! В общем, сам виноват.
Третий робот-погрузчик, обложенный льдом, вполне успешно справился с задачей доставки датчика на место. Но провалился с его установкой. Мне таки пришлось делать яичницу.
Надев на себя сразу три скафандра, и обратившись в подобие воздушного шарика, я сделал шаг в неизвестность, под прикрытием робота, что тенью завис надомной. Ну Анюта, не подведи! Иначе о силе русского мужа в постели ты так и не узнаешь никогда!
— Ах, блин, сцу… — шипел я от боли, пока кое-кто обрабатывал мне рану на руке.
— Терпи. — рыкнула на меня Анна, с интонацией «сам виноват!».
— Да откуда ж мне было знать, что провод под напряжением?
Аня не ответила, а лишь нахмурила брови, «любуясь» моей раной, как бы этим говоря: а кому как не тебе это знать?!