Дмитрий Полянский – ценитель прекрасного. Аристократ, сибарит, эстет. При этом он разведчик-профессионал высочайшего класса, способный работать в любой стране мира и выполнять такие задания, перед которыми спасовал бы сам Джеймс Бонд, будь он живым шпионом, а не литературным вымыслом.
Авторы: Корецкий Данил Аркадьевич
На фильтре лжи зажглась красная лампочка. Никакой мамы у госпожи Ковальски нет. Ее вырастили отец – рабочий Гданьской судоверфи, и мачеха – официантка ресторана.
– Надеюсь, она поправилась? – Я контролировал свой голос и мог гордиться: в нем звучали искреннее участие и забота.
– Да, ей гораздо лучше…
…Или после сегодняшнего разговора с Фальшиным? Он только что закончился, но это ничего не значит: результат легко спрогнозировать и принять упреждающие меры. Например, позвонить и предупредить, во сколько я освобожусь… Если так, то, значит, резидент переметнулся на другую сторону!
– Я вернулась и сразу же принялась вас искать…
Дзинь! – подал сигнал датчик неестественности.
Дзянь! – в унисон с ним звякнуло логическое реле. Не такая уж между нами горячая любовь, чтобы, только вернувшись в город, сбиваться с ног в поисках скромного Игоря Сергеева. И потом, я не скрываюсь и с утра нахожусь в посольстве.
– Я очень польщен, дорогая Ирена! А где вы меня искали?
– О, я три раза звонила в гостиницу…
Снова сработал фильтр лжи: я не рассказывал своей единственной за последние дни, но все же, согласимся, мимолетной любви о том, где остановился. Может, я и старомоден, но, на мой взгляд, это уж слишком интимная информация!
– Хорошо, что догадалась позвонить в посольство! Я так рада, что вас нашла!
Опять неестественно и нелогично. Если только предположить, что она влюбилась, как пионерка в вожатого… Конечно, тут нет ничего удивительного: Игорь Сергеев умен, обходителен, красив, к тому же хороший любовник. Но мой профессионально отравленный подозрениями мозг почему-то начисто отмел столь романтическую версию и выдвинул совершенно иную: «Берегись, этой суке от тебя что-то нужно!» Что ж, надо с сожалением признать, что, несмотря на свою откровенную низменность и прямолинейную приземленность, она имеет право на существование. Более того, как это ни противно, она даже более правдоподобна.
– А уж я как рад! Когда мы с вами увидимся? – восторженно выкрикнул я, надеясь ввести в заблуждение ее фильтры лжи и датчики неестественности.
Хотя это было лишним: и она, и я понимали, что слова и интонации, на самом деле, ничего не значат. Так, дымовая завеса, камуфляж. Наш телефонный диалог был спектаклем для двоих. И она, и я знали: суть разговора и его цель совершенно иные, чем мог бы заключить непосвященный слушатель. Хотя конечную цель каждый из нас представлял не так, как собеседник. Совершенно не так. Можно сказать – противоположно!
– Давайте завтра с утра! – радостно предложила сгорающая от любви Джульетта. – Я зайду прямо в гостиницу, около одиннадцати!
– Отлично! Буду ждать с нетерпением, – страстно ответил пылкий Ромео. – Не знаю, как дотерплю до завтра!
Но встреча состоялась гораздо раньше, чем была запланирована.
Я написал подробный рапорт о звонке пани Касторски, и Фальшин выделил мне прикрытие: капитан Ивлев с лейтенантом Андреевым должны взять гостиницу под наблюдение с девяти утра.
Потом я, как подобает законопослушному гражданин у, позвонил Гуго Вернеру и сообщил, что подозреваемая Касторски вернулась в Вену.
Инспектор отнесся к новости довольно прохладно. Дескать, пани Касторски не подозреваемая и не обвиняемая, поэтому в экстренных мерах нет необходимости. Ее вызовут на допрос в обычном порядке – повесткой или телефонограммой, а дальнейшее дознание будет проводиться в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством Австрийской республики. Спасибо за звонок, герр Сергеев!
Что ж, пожалуйста, герр Вернер!
Когда я вышел из посольства, начинало смеркаться. Пушистые снежинки водили плотные хороводы вокруг ярких уличных фонарей, оседали на плечах и непокрытых головах прохожих. Легкий морозец приятно пощипывал лицо, чистый свежий воздух бодрил, до краев наполняя легкие. Улицы уже были расчищены, большие сугробы у края проезжей части дожидались, пока их вывезут за город.
– Здравствуй, Игорь! – раздалось за спиной, и я резко обернулся, уже зная, кого увижу.
В длинной приталенной шубке, изящных сапожках, без головного убора и с распущенными волосами Ирена выглядела очень эффектно. Она приветливо улыбалась. Но сейчас я увидел ее по-другому: бесполый убийца – волчий оскал, хищно прищуренный взгляд, в рукаве спрятан длинный обоюдоострый клинок.
Я быстро осмотрелся, но никого подозрительного не заметил. Похоже, Ирена была одна. Но на что она рассчитывает? Наверное, на то же, на что рассчитывала и с Извековым, и с Торшиным, и с Малаховым! И ее расчеты оправдались… Но разве можно столько раз повторять одну и ту же схему?
– Здравствуй, Ирена! Не ожидал
