Дмитрий Полянский – ценитель прекрасного. Аристократ, сибарит, эстет. При этом он разведчик-профессионал высочайшего класса, способный работать в любой стране мира и выполнять такие задания, перед которыми спасовал бы сам Джеймс Бонд, будь он живым шпионом, а не литературным вымыслом.
Авторы: Корецкий Данил Аркадьевич
я.
– Что?!
– Мне кажется, за нами следят. Причем профессионально. Вон та «тойота».
«Мицубиси паджеро» слегка «рыскнул», будто дрогнули руки, лежащие на чутком руле. Водитель на миг потерял обычную восточную невозмутимость.
– Я не знаю… Кто может за нами следить? – Лоб Анри покрылся потом, на этот раз он вытер его не платком, а тыльной стороной ладони.
А ведь в салоне прохладно… Неужели он сдал меня контрразведке?!
– И вчера, на берегу залива, я видел блеск оптики! – тоном следователя говорю я, впиваясь взглядом в одутловатый профиль агента. Хотя утром он побрился, его щеки не могут служить эталоном гладкости: жесткая черная щетина уже выглядывает из волосяных луковиц.
– Скорей всего, кто-то наблюдал за нами в бинокль, – дожимаю я. – А позавчера после нашей встречи мне пришлось отрываться от слежки!
Но прошлые эпизоды не волнуют Анри так, как сегодняшняя слежка. А если и волнуют, то внешне это никак не проявляется, по крайней мере, потоотделение не усилилось. Он пристально смотрит в зеркало.
Я тоже, уже без всякой конспирации обернулся назад. Там появился бежевый видавший виды «фольксваген». Он шел в пятистах метрах, не сокращая дистанции, будто на невидимом буксире.
А что у нас впереди? Ага, «тойота» с некоторым запозданием прибавила скорость и быстро уходит к горизонту!
Была в этих двух событиях некоторая синхронность… Очень похоже на смену экипажей наблюдателей. Но… Убитый, по здешним меркам, «немец» не очень похож на оперативную машину спецслужб. Честно говоря, совсем не похож! Впрочем, эмират Фуджэйра победнее соседей, и автомобили здесь поплоше. Но, по идее, вести нас должны дубайцы… Или у них хорошее взаимодействие?
Я попытался вспомнить все, что знаю про контрразведку Эмиратов. Увы, этот файл памяти был совершенно пуст…
Другое дело – Европа! Немецкая БНД – в мозгу немедленно высветились структура, штаты, персонал, оперативные сотрудники… Французские контрразведка DST и главная военная разведка DGSE – дислокация, вооружение, методы работы… Надо сказать, что методы у них самые грубые в цивилизованном мире, б-р-р-р… Но эффективные. Точнее, потому и эффективные! Британская МИ-5 – настоящие фамилии и псевдонимы наиболее талантливых розыскников, особенности взаимодействия с пограничниками и таможней…
Даже разделение компетенции американского ФБР с полицией штатов четко отпечаталось на ленте памяти!
А про спецслужбы Эмиратов я ничего не знал! Я ведь не специалист по Ближнему Востоку и, если не считать изучения арабских поговорок, не проходил специальную подготовку для выполнения этого задания! Даже языком не владею! Я ехал на недельку «развеяться», выкупаться в заливе и позагорать, провернув заодно «пустяковую» операцию по активизации нашего агента. Ну и сука этот Иван! Из-за него я не в первый раз попадаю как кур в ощип!
«Фольксваген» держится на том же расстоянии.
– Ну-ка, Ахмед, попробуй оторваться!
Анри прибавляет газ. Особенность «мицубиси паджеро» в том, что у него низкий центр тяжести, поэтому, в отличие от других внедорожников, он хорошо приспособлен для шоссейных гонок. Стрелка спидометра резко кренится вправо: сто тридцать, сто сорок, сто пятьдесят, сто шестьдесят…
Если нас преследует машина «наружки», то под ее обшарпанным капотом скрыт мощный движок, и сейчас он себя проявит… Но «фольксваген» то ли не хочет себя проявлять, то ли не может этого сделать. Он быстро и безнадежно отстает. «Тойоты» впереди тоже не видно. Может, все это случайное совпадение? Какой-то блеск, какие-то машины… Похоже на паранойю!
Шоссе пустынно – и впереди, и сзади. Анри переводит дух и насухо вытирает лицо – на этот раз платком. Он успокаивается. Но значит, он чего-то боится? Интересно, чего?
– Я куплю воды, – он сбрасывает скорость и останавливается у заправки.
Губы у агента действительно пересохли. Он хлопает дверцей сильней, чем обычно, и идет к маленькому магазинчику так быстро, что его белая кондуру развевается, словно парус. А может, его надувает встречный ветер.
Ключи Ахмед оставил в замке зажигания. Но они не понадобились: вещевой ящик, который во всем мире именуют «перчаточным», а в России почему-то – «бардачком», оказывается незапертым. Я быстро перебираю его содержимое. Некрасиво, конечно, но если бы не подозрительное поведение Анри, я бы себе не позволил такой вольности… Хотя, что скрывать – за десятилетия службы приходилось позволять и не такое. Причем очень часто нескромность и бесцеремонность приносили хорошие результаты. Как и на этот раз.
Потому что под безобидной программкой верблюжьих бегов, под полезным для любого водителя атласом дорог зоны Персидского залива,
