Поиски боевого мага

«Что-то я Тара не могу найти. Высылаю тебе, а ты уж ему передай».
И как по заказу передо мной появились в воздухе несколько мисок с едой.
– Угу! – удовлетворенно прокомментировал Тартак, заметивший явление ужина.
Из-за камней выметнулись две лапы тролля, которые моментально все заграбастали.
Я постоял, слушая громкое чавканье Тартака, улыбнулся и пошел ужинать. Мысль о том, что нашему другу еще надо где-то переночевать, не очень меня беспокоила. Переночует! И горе тому, кто попытается его сон нарушить.

Тартак вел. Он легко скользил среди камней и деревьев, держа курс на долину. Тролли – ужасные сладкоежки. При одном только упоминании о меде глаза разгораются нездоровым маниакальным огнем. Когда мы были на Земле, то Тартак поглощал конфеты килограммами. Поход за медом – это святое для каждого тролля. Одна беда – тролли не пчелы. Делать мед сами не умеют. Поступать по образцу людей-пчеловодов и разводить этих крылатых тружеников тоже не могут: не хватает терпения. Зато вынюхать, где имеется пасека, – это им по плечу. Равных им здесь нет. Разве что медведи. Косолапые тоже большие любители меда, и тоже умеют отыскивать его. Ввиду того, что шерсть у них гуще, то и потери в материальной части тоже меньше.
Хотя тролли к медведям относятся снисходительно, но конкуренции не терпят. Вот такой они народ. Они вообще конкуренции не выносят. На этой почве у троллей и медведей возникают трения. Трения обычно сводятся к парочке-другой здоровенных оплеух со стороны троллей. Ну не могут медведи противостоять взрослым крепким парням, привыкшим скакать по скалам в охоте за горными баранами и сражаться с барсами за добычу.
Горы закончились. Мы спустились в долину, и вокруг потянулся обычный лес. Тартак шуганул стадо диких кабанов. Вожак стада попытался было выяснить, на каком основании. Пришлось Тартаку предъявить основания в виде парочки богатырских взмахов палицей. Мы в это время благоразумно держались в сторонке. Кабаны дружно рванули в лес, выбирать нового вожака стада. Тартак подвязал тушу кабана на ветку. Это чтобы на обратном пути найти ее, а не остатки от нее. Очень хозяйственный тролль! Потом мы двинулись дальше.
– Ждем ночи, – сообщил Тартак. – Днем там оживленно. Рядом тракт.
– Подожди! – удивленно поднял голову Тимон. – Так это что, пасека или дупло с дикими пчелами?
– Оно раньше было дуплом, а потом пришел человек и забрал пчел вместе с медом, – пояснил Тартак. – Так что я беру свое.
– Но он же не знал, что это твое, – выдвинула здравую идею Морита.
– Знал! – убежденно рубанул Тартак. – Я там крест вырезал над дуплом. Меня даже две пчелы ужалили, пока я вырезал.
– А как ты определишь, где твой улей? – с интересом спросил Жерест.
– А чего определять? – удивился Тартак. – Беру первый полный улей – и в лес! А как определить полный улей, я знаю хорошо. Только когда я пчел изгонять буду, вы уж отойдите подальше. Пчелы в это время нервные и несговорчивые, а на вас такой шерсти, как на мне, нет.
– По-моему, это называется воровством, – нерешительно сообщил Тимон. – Дворянам такое не пристало делать.
– Так и не делай! – согласился Тартак. – Я делать буду, а дворяне могут посидеть в сторонке.
– Ты как маг приравнен к дворянам, – проинформировал Тартака Тимон.
– Это вы меня приравняли, – отрезал тролль. – Я себя не приравнивал, значит, в своем праве.
Когда на темнеющем небе зажглась первая звезда, Тартак решительно поднялся с травы.
– Я сам пойду, – сообщил он нам. – Вы там с непривычки путаться будете, шуметь. А мед, он шума не любит. Впрочем, пчелы тоже не любят. Жере, поручаю тебе мою палицу. Глаз с нее не спускай!
– Это как, в темноте? – удивленно спросил Жерест, приподнимая палицу Тартака за комель. – Темно же сейчас будет.
– Это я образно, – пояснил Тартак. – Я пошел.
Прошло уже порядочно времени, а Тартака все еще не было. Мы сидели как на иголках, вслушиваясь в тишину ночного леса.
– Не случилось ли чего? – озабоченно спросила Морита. – Может, там засада была.
– Гы! – отреагировал голос Фулоса. – Если бы была засада, то мы бы услышали.
– Точно! – подтвердил Харос. – Засада – она тихая, пока в нее не попадешь. А там уже не до тишины. В случае с Таром – быть бы живу.
Как будто в подтверждение приведенного тезиса, послышался отдаленный треск, грохот металла и вопль, исторгнутый из нескольких глоток:
– Попался!
В ответ раздался раздраженный рев, не предвещавший ничего доброго тому, кто осмелился мешать. Я уже не говорю о том, кто осмелился ловить. Судя по реву, его песенка будет спета первой. Треск и грохот усилились.