Пока страсть спит

Воспитанный дикими команчами, затем едва не забитый холодным расчетливым дедом, женатый на женщине, которую ненавидел и которая ненавидела его, Рафаэль отрицал нежность и любовь всю свою жизнь. И вот теперь, держа в руках свою драгоценную и любимую Англичанку, видя ее лучистые глаза, он чувствовал, как тают последние льдинки недоверия между ними. Он нежно притянул ее к себе, его рот мягко скользнул по ее щекам и губам. Губы нашли губы и слились в новом для него поцелуе, который был проявлением любви, нежности и заботливости, а не страсти и вожделения, как прежде.
Прижавшись губами к ее уху, он полушутливо прошептал:
— Хорошо, что мы решили пожениться завтра — наш ребенок не должен быть незаконнорожденным.
Он положил ей руку на живот, и она почувствовала, что в этом жесте было и желание защитить их с малышом, и чувство собственника. Но вот он спросил с неожиданной торопливостью:
— Это — результат ночи в Чиело или произошло перед моим отъездом в Энчантресс?
Бет заколебалась, а он сказал с удивлением:
— Слушай, это случилось не тогда, когда ты надела платье шлюхи?
Бет вспыхнула от воспоминаний о той ночи и быстро сказала:
— Нет, перед твоей поездкой в Энчантресс. Он вздохнул:
— Я рад. Потому что тогда в Чиело я просто хотел придушить тебя, и мне не хотелось бы думать, что наш ребенок был зачат в такой момент. А ночь перед отъездом — это другое дело…
Это были замечательные моменты, но Рафаэлю пришлось оторвать ее от себя и подумать о самом ближайшем будущем. Он прошептал:
— Мне надо идти, Себастиан заждался, и еще кое-что надо сделать. А чтобы не спровоцировать моего деда на какие-нибудь новые глупости, мне придется оставить тебя здесь на сегодняшнюю ночь и завтрашний день — сможешь вытерпеть это?
— Постараюсь, при условии, что ты не заставишь меня ждать тебя слишком долго. Боюсь, что дед по моему лицу о чем-нибудь догадается. Итак, один день, не больше, иначе я начну подозревать тебя в стремлении скомпрометировать меня. Он улыбнулся:
— Уже угрожаешь, что же будет дальше? — А потом уже серьезно посоветовал:
— Скажись больной завтра вечером и уйди пораньше. Как только стемнеет, я приеду за тобой. Будь готова. Надеюсь, никому в голову не придет искать тебя до утра. А потом уже будет слишком поздно моему деду что-нибудь предпринимать, кроме как прислать нам поздравления в Энчантресс. Я хочу, чтобы наш ребенок родился там.
Бет чувствовала себя в раю. Расставание было трудным, ей не хотелось отпускать его. Но он понимал серьезность ситуации и покинул ее, исчезнув в окне.
Себастиан с нетерпением ждал его в конюшне.
— Что ты так долго не шел? — спросил он не без раздражения. — Ты же понимаешь, как непросто мне было бы объясняться со стражей, если бы они застали меня тут, тем более после того, как я распрощался с твоим обожаемым дедом, сославшись на смертельную усталость. Мне кажется, что он не поверил ни одному моему слову, и мне не понравилось, как он смотрел на Бет, когда она уходила. Ты видел ее?
Рафаэль был еще под впечатлением от всего, что произошло сегодня вечером: известия о ребенке, сознания того, что Бет любит его, и он мягко попросил:
— Пожелай мне счастья, Себастиан, завтра мы с Бет поженимся.
В какой-то момент Себастиана пробила мощная искра зависти, но затем, обрадовавшись за кузена, он абсолютно искренне пожелал ему и Бет самого светлого и счастливого будущего. А потом спросил:
— А как тебе удастся это сделать, ведь насколько я понимаю, дон Фелипе не собирается торопиться? Рафаэль с решительным видом пояснил свой план.
— Может быть, ты присоединишься к нам? Мне бы так хотелось видеть тебя рядом.
Приглашение Рафаэля было сделано совершенно искренне и он, конечно, не намеревался причинить боль Себастиану, забыв, что у того была своя история отношений с Бет. На удивление даже самому себе, Себастиан согласился, почувствовав, что сердце его не так уж разбито новостью о замужестве Бет.
Наверное, я становлюсь циником, подумал он про себя.
Они обменялись рукопожатием, и Себастиан искренне сказал:
— Я рад за вас обоих, особенно — за Бет. Наконец рядом с ней будет мужчина. В этом я не сомневаюсь.
Озадаченный, Рафаэль посмотрел на него и спросил:
— О чем это ты?
Теперь уже удивился Себастиан:
— А разве она тебе ничего не сказала? — И после отрицательного жеста Рафаэля рассказал о том, как застал Натана в постели с мистером Перси.
Рафаэль пробормотал такое, что Себастиан подумал: «Хорошо, что Натан уже покинул эту землю».
Рафаэль не стал дальше углубляться в размышления о Натане, придет время — и Бет расскажет все, что сочтет необходимым. На крыльях любви летел Рафаэль в Сан-Антонио, и обратная