Покер для даймонов.

– Скажу, что у меня есть более интересное времяпровождение, чем обсуждать перспективы будущего союза. – И под взглядом, которым она обводит всех собравшихся в гостиной, мне становится не очень уютно. И лишь одному из нас она дарит капельку своего тепла, когда ее и его взгляды касаются друг друга. И хотя это замечают все, не удивляюсь лишь один я: их отношения с Каримом с первого дня их знакомства стали довольно близкими и доверительными. – Я позволю себе откланяться и покинуть вас до утра: день был нелегким, и прогулки порталами не способствуют бодрому состоянию тела. А всем, что произошло за это время, с вами поделится мой брат. Ты не против?
– Нет, родная. – И правильно оценив, кто и как к Таши из присутствующих здесь относится, повернулся в сторону Карима: – Вы не будете столь любезны проводить мою сестру в ее комнату и побыть с ней, пока мы обсудим последние события.
– Моя свобода ограничена? – Она приподнимает бровь и улыбается брату. Лично я не хотел бы, чтобы мне так улыбались.
Но в том, как он отвечает ей, с безграничной нежностью, так несвойственной этой расе, растворяется все ее недовольство:
– Только до утра.
– Ты надеешься обеспечить мне спокойный отдых?
– И это тоже. – И в его взгляде, направленном в сторону дракона, проявляется уверенность в неизбежности обнажить клинки. – Утром мой друг Тамирас должен получить бумаги, подобные тем, что я намерен передать лорду Дер’Ксанту от своего отца. И тогда я, будучи полностью уверенным в твоих полномочиях, оставлю эту компанию на твое растерзание и отправлюсь помогать отцу готовиться к свадьбе.
– А если мама не согласится?
– Ты думаешь, Рае сможет отказать ему в такой малости?
И она, не находя аргументов против, кивает. И выходит из комнаты вслед за Каримом.
А я наблюдаю за тем, как у всех присутствующих меняется выражение лиц. Вспоминая очень похожий на этот момент: появление здесь же и при похожих обстоятельствах дракона.
– Только не спрашивай, как мы за ней не уследили. – Я позволяю мыслям, что мелькают в моей голове, воплотиться в легком ехидстве. Надеясь, что мои отношения с повелителем не позволят Ролану закончить мою жизнь прямо сейчас.
Но он реагирует на мою попытку пошутить неожиданно для всех, кроме своего младшего брата.
– А разве на кого-то из вас возлагалась ответственность за ее жизнь? Она вполне способна отвечать за свои поступки, более того, действует от имени повелителя. Так что… – И он улыбается дракону, который, как мне показалось, не только имеет свое мнение насчет этих событий, но и намерен донести его до своего друга.
– Закираль не тот противник, с которым может справиться Таши: она слишком молода для таких игр.
– Тамирас, я вынужден повторить. Моя сестра действует с соизволения повелителя. И все, что она делает и будет делать, – его воля, против которой не возражают правитель Элильяр и твой отец. И все, что нам остается – помочь ей, если эта помощь понадобится, и не мешать, если она обойдется своими силами.
– Ролан, и ты готов отдать свою сестру даймону?
И старший из принцев замирает, и в той внешней расслабленности, которая так о многом может сказать понимающему в воинском деле, можно увидеть едва ли не приговор: кое-кто переступил рамки, за которыми понятие дружбы может быть поставлено под угрозу.
– Я думаю, что этот вопрос мы обсудим наедине и чуть позже. – Стремительно падают вниз ресницы, пряча под собой вспыхнувшую ярость, и когда он их поднимает, оборачиваясь к хозяину дома, в них нет ничего, кроме ледяного спокойствия. – Лорд Алраэль, вот те бумаги, о которых я уже дважды упомянул. – Свиток, украшенный широким серебряным кольцом с переплетением рун, что складываются в имя повелителя, в его руке появляется словно бы ниоткуда.
Но я этот трюк видел уже не один раз и знаю, что потайные карманы к нему никакого отношения не имеют: портал настроен на кольцо принца, которое также гасит все магические следы.
Плотная, украшенная едва различимым рисунком бумага разворачивается с тихим шелестом, который в установившейся тишине звучит резко и неприятно.
Взгляд моего бывшего друга пробегает по строчкам, и его лицо становится все более напряженным и растерянным. Но когда его глаза замирают в конце текста уже во второй раз, он собран и решителен. Вот только с того места, где стою я, можно было заметить, как на вопрос, который отразился в чуть дернувшейся брови дракона, эльф ответил коротким кивком.
– Я не смею перечить воле своего правителя. – И он сворачивает свиток и убирает его во внутренний карман камзола. – Я прикажу приготовить вам, ваше высочество, гостевые покои.
– Не стоит. Тамирас, ты же не будешь против, если мы