Покер для даймонов.

Его движения продолжали оставаться такими же свободными, словно он не чувствовал тяжести ноши. Волна каштановых волос касалась моих обнаженных плеч. Все понимающие глаза так рядом с моими…
Это чувство было такое яркое, такое живое, что кружилась голова, и я едва сдерживалась, чтобы, обхватив руками его шею, не прижаться к нему в попытке сбежать от тревог. И я вынужденно опускаю ресницы, не давая ему увидеть, что творится в моей душе.
Вот только… он это чувствует и в ответ улыбается.
Он свернул в коридор, ведущий к моим покоям, но остановился в небольшом зале, украшенном портретами. Похоже, тех, кто имеет какое-то отношение к нынешнему главе Старшего Дома Д’Сар’Амэль. Опустив меня на диванчик, стоящий там, видимо, для удобства желающих насладиться созерцанием предков, присел рядом. Не настолько близко, чтобы меня смутить, но достаточно, чтобы иметь возможность коснуться.
Из-за поворота появился патруль внутренней дворцовой стражи, Аль’Аир сделал движение рукой, и они исчезли в другом коридоре. Изящество, с которым он использует магию, вызывает заслуженное уважение. И вновь я ловлю себя на мысли, что отношусь к нему иначе, не так, как к остальным в нашей компании. И доверие, которое я испытываю по отношению к нему, вряд ли имеет разумные объяснения. Но… оно есть. И я в этом уверена небезосновательно.
– Лера. – Его голос звучит спокойно, но чуть нежнее, чем если бы я была для него просто спасительницей его сына. И это еще раз убеждает меня во мнении, что за всем этим что-то кроется. Но… поверить не могу. – Если у тебя остались вопросы, я с радостью тебе на них отвечу. – И он слегка склоняется вперед, давая мне заглянуть в свои глаза, в которых отражается то же чувство, что звучало в его голосе.
И я чуть смущенно улыбаюсь ему в ответ.
– Мне еще многое неясно, князь. – Осторожно.
– Значит, наш разговор будет долгим. – От его открытой улыбки мое сердце замирает в смятении. И я с оглушающей очевидностью понимаю, каким должен быть мой первый вопрос. Потому что недомолвки, намеки, ощущения, чувства, взгляды, прикосновения… Его желание ввести меня и Сашку в свой род, кажущееся естественным другим, но вызывающее сомнения у меня. Все это наводит лишь на одну мысль. Вот только… Смогу ли я его задать?
– Князь…
Его рука ложится поверх моей. И я вспоминаю, как таким же движением он успокаивал меня после ужина, в гостиной. Так, как может успокаивать только… Неужели все-таки это правда?! И мама… У меня нет ни братьев, ни сестер. И на мой вопрос: «Почему?» – я всегда получала один и тот же ответ: «Так получилось».
– Зови меня Алистер. – Это ничего не значит. Но… отчего-то все становится на свои места. Я поднимаю на него удивленные глаза. Потому что… Нет… Такого не может… Я пытаюсь вскочить, но он напрягает руку, удерживая меня на месте и… кивает: – Да.
И его глаза пронзительно смотрят на меня: в них нет тревоги, в них нет опасения, что я оттолкну, не приму. Он просто ждет, готовый к любому приговору.
А я жалобно, по-детски, всхлипываю и выдаю то, что первое приходит в голову.
– Я тоже оборотень? – Почти на грани истерики от свалившихся на меня открытий.
И он уже совсем близко. Его сильные руки прижимают меня к себе, а плечи вздрагивают от беззвучного смеха.
– Нет, девочка. Ты человек. Без всяких примесей других рас. – И я замолкаю. Не потому, что меня больше ничего не интересует, – вопросов стало только еще больше. Но… Мне так тепло и уютно рядом с ним. И спокойно. От понимания, что в этом непонятном мире, среди этих самодостаточных и красивых мужчин, каждый из которых ведет свою игру, мне есть к кому прислониться. Меня есть кому защитить.
И он робко, словно пробуя, как это, целовать взрослую дочь, прикасается губами к виску и говорит. Тихо, как если бы рассказывал сказку на ночь:
– У рода Там’Арин много тайн. И эта лишь одна из них. Твоему прадеду пришлось приоткрыть кое-что мне, когда ему потребовалась помощь. Теперь же я должен рассказать об этом тебе. – Он чуть крепче сжал мои плечи и вновь взъерошил дыханием волосы, прикасаясь губами ко лбу. А я… Я пытаюсь заставить себя… Нет, не поверить – поверила я сразу и безоговорочно. Осознать. Что не бабушкины черты он искал в моем лице. Свои. – Подвиги первого Там’Арина хорошо известны. Маг Равновесия. Великий воин. Владелец носящего имя меча, который выковали для него гномы. Известно и то, что ваш род единственный среди человеческих, в котором способности к магии передаются от родителей к детям.
– Ты хочешь сказать… – Я чуть отстранилась, чтобы иметь возможность увидеть его глаза.
– Той или иной магией обладают все расы. Кроме людей. У людей эта способность встречается довольно редко. Еще реже у магов рождаются