Полицейский из библиотеки

Нейоми. Она немного заволновалась, как будто подумала, что Сэм, которому она изредка назначала свидания, намеревается сделать ей предложение. Когда он объяснил, что Крейг Джоунз предлагает ему заменить пострадавшего акробата и что он хотел бы, чтобы она послушала его выступление, она успокоилась и прослушала всю его речь, целых 26 минут, с неослабевающим вниманием.
— Не стесняйтесь, говорите честно, — закончил Сэм свою речь, прежде чем Нейоми смогла раскрыть рот.
— Речь хорошая, — сказала она. — Довольно интересная.
— Нет, так не пойдет, не щадите моих чувств. Говорите начистоту.
— Я говорю вам честно, действительно хорошо. К тому же, когда вы начнете говорить, все они уже…
— Да, они все окосеют, я знаю. — Такое предположение поначалу успокаивало Сэма, но теперь это его чуточку обескураживало. Слушая самого себя, он вдруг подумал, что речь действительно хороша.
— Есть одна вещь, — задумчиво сказала Нейоми.
— Да?
— Что-то… знаете ли… суховато.
— Неужели, — сказал Сэм. Он вздохнул и потер глаза. Он работал до часа ночи; сначала писал, затем редактировал.
— Но это легко исправить, — заверила она. — Просто пойдите в библиотеку и возьмите пару нужных книг.
Сэм вдруг почувствовал резкую боль в животе и схватил успокоительное. Заниматься исследованием для какой-то речи в Ротари Клаб? Рыться в библиотеке? Это уж слишком. Он никогда не бывал в городской библиотеке в Джанкшн Сити, и сейчас не видел причины идти туда. Однако, Нейоми внимательно его прослушала, Нейоми старалась помочь, и невежливо было не прислушаться к тому, какое у нее сложилось мнение.
— Какие книги?
— Знаете ли, книги, которые помогут сделать выступление веселее. Это такие, как… — Нейоми замялась. — Ну, вы знаете жгучий соус, который можно заказать в ресторане «Уют по-китайски»?
— Да…
— Что-то вроде этого. В этих книгах шутки. И еще, есть книга «Самые любимые стихотворения американцев». Вы могли бы взять что-нибудь оттуда для завершения вашей речи. Что-нибудь бодрящее?
— Там что, стихотворения о важности малого бизнеса для жизни в Америке? — недоверчиво спросил Сэм.
— Когда звучат стихи, у людей повышается настроение, — сказала Нейоми. — Никому неважно, о чем они, Сэм, тем более, для чего.
— И что, есть книги, в которых собраны шутки специально для выступлений? — Сэм отказывался верить в это, хотя если бы он услышал, что в библиотеке есть книги о такой чепухе, как ремонт маленького мотора или уход за париком, он бы по меньшей мере удивился.
— Да.
— Откуда вы знаете?
— Когда Фил Брейкман баллотировался в Сенат, я все время печатала для него выступления, — сказала Нейоми. — У него была одна из таких книг. Правда, я не помню ее названия. Насколько я помню, это «Шутки для Джона», но едва ли это правильно.
— Едва ли, — согласился Сэм, думая, что несколько пикантных выдержек из книги «Шутки для Джона» принесли бы ему сногсшибательный успех. Но он начинал понимать, что имеет ввиду Нейоми, и эта идея ему понравилась, несмотря на свое нежелание идти в библиотеку после такого многолетнего пренебрежения ею. Капельку приправы для банальной речи. Приукрась свои недостатки, преврати надоевшую пищу в коронное блюдо. А библиотека, в конце концов, и есть библиотека. Если не знаете, как найти то, что вам нужно, подойдите и спросите библиотекаря. Отвечать на вопросы — его работа, разве нет?
— Но, между прочим, вы могли бы оставить это, как есть, — сказала Нейоми. Я хочу сказать, что они будут навеселе. — Она посмотрела на Сэма ласково и строго и затем взглянула на часы. — У нас есть еще около часа. Вы хотели ответить на несколько писем?
— Пожалуй, нет. Почему бы вам не напечатать мое выступление? — Но уже принял решение провести обеденный перерыв в библиотеке.

Живя в Джанкшн Сити, Сэм проходил мимо библиотеки сотни раз, но только сейчас он действительно взглянул на нее; и он сделал поразительное открытие: внешний вид библиотеки вызывал у него отвращение.
Городская библиотека стояла на угла Стейт Стрит и Миллер Авеню, это была облицованная гранитом коробка, окна которой были похожи на бойницы. Покатая крыша нависала со всех четырех сторон здания, и из-за узких окон и теней, отбрасываемых крышей, здание было похоже на сердитое лицо каменного робота. Дом был выдержан в стиле архитектуры штата Айова, хорошо знакомом Сэму Пиблзу, который занимался продажей земельных участков и строений почти двадцать лет и который придумал ему название: Уродец Среднего Запада. Неприглядный