Полицейский из библиотеки

— Я рад, что сделал это. Теперь мне стало намного лучше.
Сэм сначала хотел попрощаться с Дейвом пожав ему руку, но передумал. Он наклонился к старику и дружески обнял его.

Стэн Сомс — высокий сухопарый мужчина, его злые глаза резко контрастировали с добрым, миловидным лицом. Хотя еще не прошел и первый месяц весны по календарю, на нем был по-летнему сильный загар. Сэм и Нейоми нашли его, когда он работал в поле, как и предвидел Дейв. На расстоянии примерно семидесяти ярдов от того места, где стоял работающий на холостом ходу забрызганный грязью «рототиллер», Сэм увидел что-то наподобие проселочной дороги. А так как на одном конце ее стоял маленький самолет, накрытый брезентом, а на другом — ржавый кол, он догадался, что это единственная взлетная полоса аэропорта Провербии.
— Нет, не могу, — сказал Сомс. — Я один на этой неделе должен вспахать пятьдесят акров земли. Вам бы надо было придти заранее, два-три дня назад.
— У нас критическое положение, — сказала Нейоми. — В самом деле, мистер Сомс.
Он вздохнул и широко развел руками, как бы охватывая жестом всю свою ферму. — Хотите знать, что такое критическое положение? — спросил он. Это то положение, в которое наше правительство ставит нас, такую ферму, как эта, и таких людей, как я. Вот что такое критическое положение. Послушайте, а ведь в Кедровой Стремнине есть человек, который мог бы…
— У нас нет времени ехать в Кедровую Стремнину, — сказал Сэм. — Дейв говорил, что вы, возможно, скажете…
— Дейв? — Теперь Стэн Соме проявлял больше заинтересованности, чем в начале разговора. — Какой Дейв?
— Дункан. Он велел передать вам, что пора платить за бейсбольные мячи.
Сомс насупился. Руки сжались в кулаки, и у Сэма промелькнула мысль, что этот человек вот-вот налетит на него с кулаками. Но потом, резко изменившись, он засмеялся и весьма неодобрительно покачал головой.
— Прошло столько лет, и вот тебе, пожалуйста, откуда ни возьмись Дейв Дункан со своими напоминаниями о долгах. Чтоб ему неладно было!
Он пошел по направлению к своему «рототиллеру». Он шел, обернувшись к ним и крича во все горло, чтобы громкое и призывное тарахтенье трактора не заглушило его голос. «Идите к самолету, а я пока заглушу эту чертову машину. Только осторожнее у края взлетной полосы, а то там есть заболоченное место и можете оказаться без обуви. Засосет!» Соме резким рывком остановил свой «рототиллер». Из-за шума трудно было разобрать, но Сэму показалось, что тот все еще смеется. «Я уж думал, этот несчастный алкаш помрет, и я. не успею расквитаться с ним!»
Его зычный, раскатистый голос прогремел и смолк возле ангара. Сэм и Нейоми в растерянности смотрели друг на друга.
— О чем это он? — спросила Нейоми.
— Не знаю. Дейв не говорил мне. — Он галантно предложил ей руку и сказал: «Мадам, не желаете прогуляться со мной?»
Она взяла его под руку.
— Спасибо, сэр.
Они старательно обходили то топкое место, о котором им говорил Стэн, но все же им не повезло. Нога Нейоми по щиколотку увязла в трясине, и когда она попыталась рывком вытащить оттуда ногу, туфель остался там. Сэм нагнулся, поднял его и подхватил Нейоми на руки.
— Нет-нет, не надо, Сэм! — воскликнула она, почему-то засмеявшись от неловкости и испуга. — Ты же сломаешь себе спину.
— Нет, — сказал он. — Вы — легкая.
Она на самом деле была легкой, а теперь она как-то сразу почувствовала в себе легкость. И он понес ее по слегка отлогой взлетной полосе к самолету и там поставил ее на землю. Нейоми взглянула ему прямо в глаза. Этот взгляд был полон спокойствия и какого-то удивительного чистого света. Сэм инстинктивно наклонился и поцеловал ее. И она тут же обняла его и тоже поцеловала.
Когда он снова взглянул на нее, у него чуть-чуть перехватило дыхание. Нейоми улыбалась.
— Можешь называть меня Сарой, если захочешь, — сказала она. Сэм улыбнулся и еще раз поцеловал ее.

Лететь в таком самолете как «Наваджо», сидя за спиной Стэна Сомса было все равно, что скакать верхом на необъезженной лощадке. Их так сильно кидало и подбрасывало на волнах озорного весеннего ветра, что Сэм не раз думал о возможности одурачить Аделию таким способом, который ей и в голову бы не пришел: рассыпавшись над кукурузным полем в штате Айова.
Стэн Сомс, однако, вовсе не волновался; он во весь голос распевал старинные песни «Милочка Су», «Тротуары Нью-Йорка», а тем временем «Наваджо», переваливаясь с боку на бок, летел в сторону Де-Мойна. Нейоми была прикована к окну, все время смотрела на дороги, поля и дома, проплывавшие там, внизу, и руками прикрывала глаза от солнца.
Наконец Сэм не выдержал и легонько