Мэтт со своей подружкой Эйприл и лучшим другом Тоддом приехали на курорт, чтобы повеселиться и позагорать. Однако этим летом над берегом все чаще кружат мрачные тени. И друзья вместо отдыха соприкоснулись с кошмарным миром вечной ночи. «Что творится с Эйприл и Тоддом? — удивляется Мэтт. — Отчего они так побледнели, ослабли и… изменились?
Авторы: Стайн Роберт Лоуренс
ты?
— Да здесь, — услышала она тут же. Девушка резко обернулась, думая, что Габри должен быть за свиной, но увидела только собственные удивленные лица.
Осторожно двигаясь вдоль стены, она все-таки нащупала выход и скользнула в какую-то темную комнату. Когда она обернулась, ее отражения отбрасывали длинные зеленоватые тени в мерцающем свете единственной лампочки. Тревога все возрастала.
«Это не так уж и весело как казалось», — подумала она, снова приняв зеркало за дверь и больно треснувшись плечом.
«Я, что, хожу по кругу? — сообразила она. — Как же отсюда выбраться?»
— Эй, Габри!
Тишина.
— Габри!
Тогда девушка решила подождать здесь, пока он сам на нее не наткнется. Почему же он не отвечает? Может быть, он отправился в другом направлении?
Она решила пойти в обратную сторону. Но это оказалось проще решить, чем сделать.
Ступая осторожно, беспрерывно касаясь руками стекла и следя за своими отражениями, она приближалась к комнате с мерцавшей лампочкой.
— Габри! Где ты?
И тут она увидела его фигуру далеко впереди. Было ли это отражение? Или он сам?
Девушка приблизилась, не отрывая от него глаз.
— Габри!
Наверное, это он сам. Но где же его отражения?
«Как здесь жарко, как неуютно», — подумала Эйприл.
Неожиданно заныли ушибленные плечо и лоб.
— Габри, это ты?
Габри на минуту прикрыл глаза и уставился отражения в зеркалах взглядом совершенно пустым.
«Здесь так жарко, — подумал парень. — Потолок такой низкий. Как в гробу. В стеклянном гробу»
«Меня замучил голод. Голод и жара. Мне нужен нектар, сию минуту!»
— Габри! — услышал он оклик Эйприл и понял, что до нектара рукой подать. — Габри, это ты? Ты меня видишь?
«Мы здесь одни с Эйприл, — сообразил он. — Совсем одни. А я так голоден. Я больше не могу ждать. Я должен насытиться».
Габри двинулся навстречу девушке, а в зеркалах за его спиной отражалась пустота.
«Вот она, — подумал парень. Ищет меня. Ищет меня в зеркалах».
«Итак, хочешь увидеть меня в зеркале, Эйприл? Я сегодня один. Иду к тебе».
Он наконец приблизился к девушке и… ударился о стекло.
И вдруг отшатнулся из-за ярко блеснувшего отражённого света.
Обернувшись, он увидел, как задвигались многочисленные отражения.
— Габри! — снова позвала девушка.
Он встрепенулся, его руки потянулись к ней сзади, во снова наткнулись лишь на холодное стекло.
«Эти отражения защищают ее, — подумал вампир. — И водят ценя за нос! Дурачат меня!». Его злоба росла вместе с жаждой. «Я должен напиться! Сейчас же!»
Эйприл увидела, как он приближается, выставив руки перед собой. Он двигался неуверенно словно яркий свет слепил его. «Зря я его сюда привела, — подумала девушка. — Не похоже, чтобы он веселился».
Окруженная своими отражениями, она вновь позвала его:
— Габри, сюда!
Он протянул к ней свои руки, дотронулся до нее со странной зловещей улыбкой.
— Вот ты где, — голос парня доносился как будто издалека.
Пока он приближался, его глаза впились в нее двумя красными буравчиками. Узкое помещение как будто еще больше сжалось, а зеркала начал застилать туман.
— Габри… — начала она, но туман все сгущался.
Теперь светились лишь его глаза. Парень придвинулся еще ближе, пока не оказался совсем рядом.
— Габри, где же твои отражения? — произнесла Эйприл, будто во сне.
— Их не видно из-за темноты, — ответил его голос. Он доносился издалека, точно преодолевая многие километры, покрытые пеленой тумана.
— Но я же должна их видеть!
— Да ведь сам я здесь, — произнес парень, и холодный, тусклый свет его глаз заворожил Эйприл.
Девушка всматривалась в свои собственные отражения. Пока Габри приближался, она видела себя в бесконечной цепочке двойников, все уменьшавшихся и исчезавших в зеркальном мире, который теперь начал гаснуть на глазах.
Она сделала шаг назад, но Габри придвинуло снова.
И тут он жадно потянулся к девушке, пытаясь поцеловать.
«Что происходит? — думала Эйприл, погружаясь в темноту зеркального мира. — Кто-то меня целует?»
Потом она услышала звук шагов но металлическому полу.
Смех. Громкие детские голоса.
Туман начал рассеиваться. Отражения в зеркалах стали все яснее и ярче.
Громкий стук.
Маленькая девочка заревела в голос от боли.
— Что это? — воскликнула Эйприл. Весь зеркальный коридор уже окончательно посветлел, и отражения, широко раскрыв глаза, вторили девушке
