Новая вампирская сага «Властелины полуночи»! Впервые на русском языке! Искренняя любовь и пагубная страсть, кровавая месть и борьба за власть, вероломное предательство и верность долгу, — все это и многое другое в захватывающих романах Лары Эдриан! На протяжении тысячелетий эти могущественные вампиры жили среди людей — пили человеческую кровь и брали в жены земных женщин.
Авторы: Эдриан Лара
На каждый его глоток она отзывалась тихим стоном, тело ее обмякло, источая терпкий аромат желания.
— Лукан… — выдохнула она, чувствуя дрожь. — О боже…
Со звериным рыком он подмял ее под себя, не отрываясь от ее шеи, растворяясь в обжигающей страсти и безумном, пугающем отчаянии.
«Моя», — подумал Лукан, со свирепой яростью наслаждаясь долгожданным обладанием.
Было поздно отступать.
Этот поцелуй стал их проклятием.
Укус вызвал шок, но боль быстро превратилась в опьяняющее чувственное возбуждение. Наслаждение растекалось по телу Габриэллы от каждого глотка Лукана, словно в обмен на кровь он наполнял ее теплым светом, проникавшим в самое сердце.
Он накрыл ее своим обнаженным телом, их халаты сползли, когда Лукан укладывал Габриэллу на пол. Он грубо запустил руки ей в волосы, удерживая ее голову в прежнем положении. Забыв о ранах и боли, он прижался грудью к ее груди, его губы ни на секунду не отрывались от ее шеи. В каждом глотке Габриэлла чувствовала ненасытность его жажды.
И еще она ощущала, как постепенно растет его сила — благодаря ей.
— Не останавливайся, — прошептала Габриэлла, с каждым движением его губ все глубже погружаясь в экстаз. — Ты не причинишь мне вреда, Лукан, я доверяю тебе.
Голодное урчание Лукана казалось ей самым эротичным звуком из всех, которые она когда-либо слышала. Ей нравилось ощущать жар его губ, жесткость клыков, это и возбуждало, и немного пугало.
Габриэлла уже была близка к оргазму, когда почувствовала твердый член Лукана. Она была влажной и готовой принять его. Лукан вошел в нее резко и глубоко, наполнив вулканическим жаром. Габриэлла вскрикнула, когда он начал двигаться с неистовой силой, крепко сжимая ее, словно в тисках, вовлекая в дикий, фантастический водоворот страсти.
Губы Лукана не отрывались от ее шеи, она тонула в сладостном, завораживающем тумане. Габриэлла закрыла глаза и отпустила себя.
Сквозь плотный туман чудесного забытья она ощущала ускорявшиеся движения Лукана, содрогания его тела, затем раздался хриплый крик — и он затих.
Лукан резко разжал клыки, и сразу стало холоднее. Все еще паря в невесомости блаженства, все еще ощущая Лукана внутри, Габриэлла разомкнула тяжелые веки. Лукан нависал над ней, стоя на коленях, уставившись на нее остановившимся взглядом, — его губы были ярко-красными, волосы растрепались, глаза дико искрились ослепительным янтарным светом, кожа утратила болезненно-желтоватый оттенок, татуировки на плечах и груди стали темно-малиновыми.
— Что? — тревожно спросила Габриэлла. — С тобой все в порядке?
Лукан долго не отвечал.
— Господи, — его низкий голос непривычно дрожал, грудь тяжело вздымалась, — я думал, ты… Я думал, я тебя…
— Нет, — в ленивом блаженстве помотала головой Габриэлла. — Нет, Лукан, со мной все хорошо.
Она не могла разгадать напряженного выражения его лица, но он не дал ей и времени на это. Лукан отстранился от Габриэллы, продолжая смотреть на нее безумным взглядом.
Габриэлла ощутила холод и пустоту. Она села, зябко потирая плечи.
— Все хорошо, — заверила она Лукана. — Правда, все хорошо.
— Нет. — Лукан поднялся на ноги. — Нет. Это была ошибка.
— Лукан…
— Я не должен был допустить этого! — рявкнул он.
С гневным рычанием Лукан подошел к кровати и начал одеваться — черные брюки, нейлоновая рубашка, пояс с оружием, ботинки. Покончив с этим, он яростно рванул ручку двери и вышел из комнаты.
Сердце Лукана бешено колотилось, он не мог успокоиться.
Когда он, не отрываясь от шеи Габриэллы, почувствовал ее под собой, его охватил безумный, разрывающий на части страх. Она сказала, что доверяет ему, а он с каждым глотком крови ощущал мощные наплывы Кровожадности. Голос Габриэллы немного облегчал боль. Она была нежной и заботливой, ее прикосновения, ее непосредственные эмоции, само ее присутствие действовали на Лукана умиротворяюще, но зверь внутри него в любое мгновение мог вырваться из-под контроля.
Доверие Габриэллы давало ему силы.
В какой-то момент он осознал, что она от него уплывает, и испугался…
Господи, как же он испугался: неужели он перешел грань и убил ее?
Страх до сих пор продолжал сжимать Лукана в своих холодных тисках. Вопреки всему его сопротивлению и попыткам отдалиться от Габриэллы, он принадлежал ей. Габриэлла владела им: его телом, душой — всем. И не потому, что наполнила его своей кровью, которая залечила раны и дала силы. Лукан связал себя с ней задолго до этого момента, но осознал это только сейчас, когда он испугался, что потерял ее.
Он любил ее.
До глубины своей мрачной одинокой души он любил Габриэллу.
