Мой когда-то гордый народ уже давно просто прислуга у другой высшей и куда более развитой расы. Темные. Демоны. Гады. Так называют их у нас. Но когда мы приходим на заработки в их мир, мы зовем их не иначе как хозяевами. Я сделала все, чтобы не пройти отбор и избежать судьбы, каковая была у моей матери и сестер. Судьбы элитной куклы, которую холят и лелеют, но потом выбрасывают на помойку, стоит красивой игрушке сломаться или испортиться. Поэтому я обычная официантка, самое низшее звено в жестоком мире темных.
Авторы: Виктория Дмитриевна Свободина, Странница Вероника
отца. Первый человек, который, оставаясь прислужником йера, смог занять неофициально довольно значимый пост в правительстве.
— Ложь, Леа, ты достаточно умна, и не могла не догадаться, что меня заинтересует личность твоего отца. Первый человек, который, оставаясь прислужником йера, смог занять неофициально довольно значимый пост в правительстве.
— Я не знала, какую должность занимал мой отец, только то, что он неплохо зарабатывал на Эйре, и стал довольно уважаемым человеком. Клянусь.
Прислоняюсь теснее к ногам дараи, трусь о них грудью и гляжу на Окина снизу вверх честным-пречестным взглядом. Для этого надо распахнуть широко глаза, почаще хлопать ресницами, ну и чуточку преданного восторга во взгляд добавить, тут главное не переборщить, а то либо лесть примут, либо меня дуру.
Так, улыбка здесь совсем неуместна, поэтому чуть приоткрыть губы, показать открытую нежную шею.
Взгляд дараи темнеет, Окин берет меня за волосы, с явным удовольствием наматывая их на свой кулак, и притягивает мою голову ближе к своему паху.
Спасибо, мама, за науку. Я, конечно, надеялась, что твоя наука мне никогда не пригодится, но выходит так, что именно твои знания самые мне необходимые.
— Леа. — Окин оттянул мои волосы вниз, стало больно. Дараи наклоняется ближе. Я тону в невероятно опасном, но таком завораживающем огне, кажется, что глаза демона действительно пылают темным пламенем. — Ты еще слишком молода и неопытна. Я вижу все твои уловки, — сказал повелитель, и я уже хотела было опечалиться, но тут темный окончательно сократил меж нами расстояние и властно, жестко поцеловал.
Дараи видит и знает обо всех моих уловках, но это не означает, что они ему не нравятся.
Поцелуй очень глубокий, чувственный, требовательный. Окин умеет целовать так, что просто наслаждаешься, отдаваясь на волю ощущениям. Я буквально улетаю, тая в мужских руках.
Дараи притягивает меня, сажая себе на колени. Обхватываю ногами талию демона. Я уже чувствую, как напряжен пах Окина, но темный вдруг резко прерывает поцелуй и ссаживает меня на кровать.
— Мне надо идти. Позже. Ты уже определилась, где бы хотела работать?
— Да, почти.
Смутилась. Мне кажется, дараи ни за что не поддержит мою идею.
— Я прошла тест на способности и по его итогам хотела бы выбрать дипломатическое направление. Если конкретнее, межмировые отношения. Мне кажется, я была бы там полезно и мне это интересно.
Не дышу, в ожидании ответа Окина, а он словно играет со мной, не торопясь дать ответ и этим очень нервируя.
— Интересный выбор, Леа.
Появилась надежда. Тороплюсь закрепить успех:
— Я могла бы для начала поработать секретарем на встречах или с документами, подучить языки, ознакомиться со спецификой работы.
— Я скажу тебе свой ответ позже, Леа.
Эх, жалко. Ждать тяжело, но это все мелочи, тут нужно переживать больше о том, как выжить и не свихнуться, при этом сделав так, чтобы все близкие были здоровы, свободны и ни в чем не нуждались.
Легла на кровать, свернувшись на ней комочком, словно кошка. Сейчас Окин уйдет и я продолжу обучение. Никакого отдыха. Чем больше я знаю и умею, тем больше мы шансы на выживание и адаптацию в мир йеров.
Дараи остановился в дверях, бросил на меня задумчивый взгляд и сказал:
— Тебе действительно повезло, Леа, что ты оказалась в нужном месте в нужный час. Если бы не мой подарок, в плане физического развития ты пошла бы в своего отца. Хорошая быстрая обучаемость и восприятие информации, приживаемость в новой местности, сила. Все показатели куда лучше чем у обычных людей, и с возрастом это становилось бы все заметнее при должном развитии, но поскольку ген твоего отца старый и, если так можно выразиться, был “бракованный”, то отсюда и недостатки — вырождение. Даже дело не в количестве детей, а в их качестве, с каждым поколением они становятся все слабее, и передают с собой брак. Твой отец, как хорош бы не был, с возрастом развивался и одновременно погибал. Стремление к суициду, отрешенность, сумасшествие — это код самоуничтожения, заложенный в гене. Чем старше ты бы становилась, тем больше бы стремилась к смерти. Скорее всего умерла бы еще раньше, чем твой отец — женщины как правило слабее.
Вспомнила свою готовность умереть, да и о, как уже закрадывались подобные желания, и только любовь к близким заставляла меня грызть землю зубами и не предаваться унынию.
Но папиной судьбы я бы не хотела. В детстве, не зная, что он, по сути, болен, презирала отца за слабость и нежелание быть с нами.
— Подарок это изменил? Я не стану такой, как отец?
— Думаю, нет. Ты пока первая, кому удалось избавиться от проклятья «Древней крови». Практически
