Обычная девушка с необычным именем Симона влюбляется в странного человека, якобы потерявшего память, по виду совершенного бомжа. С головой бросаясь в запретную любовь, она не догадывается, что ее избранник — никакой не бомж, а хозяин крупной строительной компании. А она всего лишь подопытный кролик в жестоком эксперименте под названием «Полное погружение», устроенном скучающей «золотой молодежью».
Авторы: Корсакова Татьяна
приятеля! – Голос был требовательным, он не давал Симе погрузиться в блаженную темноту. Он, словно крючок, засел в мозгу и грубо, рывками, вытаскивал ее на поверхность.
– Открой глаза, женщина! Ты нужна своему ребенку! Твой сын жив!
«Твой сын жив!» Крючок дернулся, и, задыхаясь, Сима вынырнула из темноты.
Перед ней на коленях стоял Илья, бледный, осунувшийся, с влажными, прилипшими ко лбу волосами.
– Привет. – Он улыбнулся.
Сима вцепилась в его свитер дрожащими руками, заискивающе, как дворовая собака, заглянула в глаза:
– Макс жив? Ты меня не обманываешь?
Илье вдруг стало невыносимо стыдно за этот ее заискивающий, тревожный взгляд, за свою грубость и за ее слабость. Она так же, как он сам несколько минут назад, страстно хотела и боялась поверить. Как он ее понимал…
– Иди к нему, Сима, – он бережно поставил ее на ноги и подтолкнул к кровати, – побудь с ним. Я скоро вернусь.
У Ильи было много дел.
Он сбежал на первый этаж. Долговязый так и не пришел в себя. Из кармана его брюк Илья достал мобильник, вызвал «скорую» и милицию. Потом секунду подумал и связал преступника шнуром от портьеры. Скотчу он с некоторых пор не доверял.
– Это же форменное безобразие! Нарушение больничного режима! – кипятился врач. – Раньше она не отходила от больничной койки, потому что мальчик был без сознания. Это я еще могу понять. Но теперь, когда жизни ребенка ничего не угрожает, когда он быстро идет на поправку!… В общем, так! Нечего ей делать в больнице! На нее же страшно смотреть! – Его голос стал еще строже. – Трое суток почти без сна. Не хватало еще, чтобы ей стало плохо в моем отделении! Мне, знаете ли, своих пациентов хватает! Сегодня же заберите ее домой!
Утром Инне позвонил лечащий врач Макса и потребовал, чтобы родственники, то бишь они с Горой, повлияли на ненормальную мамашу, то бишь Симу. Вот Инна и примчалась к больнице аж за целый час до условленного срока в надежде, что строгому доктору удастся выпроводить «ненормальную мамашу» раньше.
Оказалось, что она не одна такая хитрая.
Прогуливаясь по больничному скверику, Инна наткнулась на Северина, сидящего в расслабленной позе аккурат напротив больничного крыльца.
«Вот урод! – подумала она. – И откуда только узнал!»
– Что ты здесь делаешь? – Инна плюхнулась рядом, неодобрительно косясь на его помятое, давно не бритое лицо.
– Я тоже рад тебя видеть, – сказал он любезно.
Инна возмущенно фыркнула.
– Выглядишь неважно, – заметила язвительно. – Что, муки совести?
Выглядел он действительно плохо. Хуже некуда. Как после тяжелого похмелья.
Инна принюхалась. Нет, перегаром не пахнет. Тогда в чем причина? Такой вид обычно бывает или с перепоя, или с недосыпа.
Ну конечно, с недосыпа. Компания его ведь в глубокой ж… Вот и не спит наш бизнесмен, ищет пути выхода из кризисной ситуации.
– А ты, как всегда, великолепна. – Северин устало улыбнулся.
Да, похоже, что последние сутки он держался только на кофе и сигаретах. Хотя сигареты – это вряд ли. Он же поборник здорового образа жизни. Значит, только кофе.
Инна достала из сумочки пачку «Парламента», щелкнула зажигалкой и выпустила струйку дыма прямо в лицо собеседнику. Говорят, что пассивное курение еще опаснее, чем активное. Вот пусть и поволнуется за свое драгоценное здоровье.
К ее огромному удивлению, Северин даже не поморщился, не попытался отмахнуться от сизого облачка. Он, кажется, даже не заметил, какой вред только что был нанесен его организму.
– Нам нужно поговорить, – сказал он.
– Да не о чем нам с тобой разговаривать! – взвилась она.
– Поговорить нужно мне и Симе, – мягко уточнил Илья, и Инна отчего-то обиделась.
– Что ты себе позволяешь?! Она не станет с тобой разговаривать!
– Ты абсолютно уверена? Ты ее спрашивала?
Несколько минут носком туфельки Инна рисовала на земле абстрактные узоры, а потом сказала:
– У вас с Симой сложные отношения. Тебе кажется, что у тебя есть все основания ненавидеть ее…
Илья иронично хмыкнул, наблюдая, как старательно Инна подбирает слова.
– Не понимаю, откуда ты узнал о случившемся, но имей в виду, это подло – то, что ты собираешься сделать. – Она больше не могла сдерживаться и с вымученно-спокойного тона перешла на крик: – Ну, чего ты приперся?! Полюбоваться, как ей сейчас тяжело?! Добить лежачего?! Соли на раны сыпануть?!
Инна готова была продолжить свою обличительную речь, но удивление на лице Ильи заставило ее растерянно замолчать.
– Что? – спросила она с вызовом. – Что ты на меня уставился?
– Да так… – он неопределенно пожал плечами. – Я просто
