Полное погружение

в них и отключиться от действительности был так велик, что борьба с ним отбирала последние силы. А силы ей нужны, и ясная голова, и железная выдержка, и везение.
Дважды она порывалась позвонить Илье. Один раз даже набрала его номер, но в самый последний момент одумалась и бросила трубку на рычаг еще до того, как в ней послышались гудки вызова.
Возможно, даже скорее всего, Илья бы ей поверил. Он бы что-нибудь придумал. Ведь он сильный, он мужчина. Он бы приехал к ней, и ей бы стало во сто крат легче. Но тот человек велел никому не говорить. Сима не могла рисковать жизнью своего ребенка. Она сама должна стать сильной.
Похититель ни словом не обмолвился о выкупе, но ведь это и так понятно. Ему нужны деньги, вожделенные зеленые бумажки. Утром он позвонит и назовет сумму.
Только бы ей хватило наличности! Иначе придется продавать ценные бумаги, а на это нужно время. Захочет ли он ждать? Выдержит ли Максим?
Сима сдавила руками виски и стала тихо покачиваться из стороны в сторону.
Драгоценности! Может, он согласится взять ее драгоценности? Они стоят больших денег. Конечно, он должен согласиться – все похитители жадные по определению. И потом, ему самому невыгодно долго ждать. В его интересах побыстрее получить выкуп и исчезнуть.
Завтра, вернее уже сегодня, если все пройдет хорошо, она сможет обнять своего ребенка. А потом они с Максом уедут. Им больше нечего делать в этой стране…

Мобильный зазвонил ровно в семь утра.
Несмотря на то, что этого звонка она ждала всю ночь, Сима дернулась от неожиданности.
Номер звонившего снова не определился. Но это мог быть только похититель.
– Да, я вас слушаю! – Ее била крупная дрожь, и трубку приходилось держать двумя руками.
– Как спалось? – Голос был бодрым и веселым.
– Скажите, что я должна сделать! – взмолилась она.
– Похвальное рвение! – В трубке послышалось хихиканье. – Ты никому не рассказывала про наш вчерашний разговор?
– Нет! Ну, конечно же нет!
– Хорошо. Теперь слушай внимательно…

Илье так и не удалось как следует выспаться. До самого рассвета он раздраженно ворочался в кровати, мысленно прокручивая в голове подробности ночного визита Симы.
Что-то в этой истории с пропавшим ребенком было нечисто. С чего она вдруг решила, что мальчика похитили? Почему сразу не поискала его по соседям? Почему примчалась именно к нему да еще с «шашкой наголо» – с пистолетом? Опять же когда, а главное – зачем она украла пистолет? И про возраст ребенка она так ничего и не сказала. Если он еще очень маленький, то почему с ним не было никого из взрослых, когда он отправился в гости к соседскому мальчишке? И соседи странные – оставили детей без присмотра на ночь…
Получается полная ерунда. Похоже, госпожа Маркос снова играет в какие-то свои игры с выдуманным ребенком и мифическим похищением.
Эти выводы были неутешительны, они наводили на грустные мысли о психическом нездоровье Симы. Как это называется в психиатрии? Мания преследования?
Илья уснул только под утро. Едва он провалился в глубокий сон, как в голове что-то взорвалось и со звоном рассыпалось на мелкие осколки. Он уткнулся лицом в подушку, надеясь, что звон исчезнет сам собой, но сновидение оказалось на удивление назойливым. Медленно, словно с морского дна, Илья всплывал на зыбкую поверхность реальности.
Мозг еще спал, а тело уже начало действовать – включился автопилот. Илья нашарил на прикроватной тумбочке разрывающийся телефон.
– Северин Илья Андреевич? – послышался в трубке жизнерадостный мужской голос.
– Да, что вам нужно? – буркнул он и с трудом разлепил один глаз.
– Старший лейтенант Самохвалов беспокоит.
– Не понял?
– А что тут непонятного? Я старший лейтенант Самохвалов, расследую дело об ограблении.
– Каком еще ограблении? – спросонья Илья соображал совсем плохо.
– Вашу дачу сегодня ночью ограбили, – терпеливо сообщил милиционер. – Требуется ваше присутствие.
– Зачем? – спросил Илья.
– Как это – зачем?! Я же русским языком объясняю: ограбили вашу дачу. Вы должны приехать, посмотреть, что пропало, подписать протокол.
Илья посмотрел на часы – половина восьмого. В два у него обед с заказчиком.
– Ну так как? Когда вас ждать?
– Выезжаю! – рявкнул Илья и отшвырнул трубку.
Это же надо, как все некстати!
Ограбили родительскую дачу. Он не был там ни разу со дня смерти мамы. На дачу нужно ездить семьей – с женой, детишками и домашними животными. Ни жены, ни детей, ни уж тем более домашних животных у Ильи не было, а слоняться в одиночестве по огромному дому мало радости.
Если бы отец был в Москве, можно было бы попросить его съездить, но отец