Она — скромная питерская учительница с непривычным нашему слуху именем Самсут. В ней причудливым образом смешались армянская, русская и украинская кровь, но она до сих пор даже и не помышляла о поисках своих корней. Однако звонок таинственного незнакомца, первоначально принятый за розыгрыш, круто меняет всю ее жизнь. В поисках мифического наследства Самсут отправляется в дорогу. Перед ней, словно в калейдоскопе, мелькают страны, люди и города. Ее окружают чужие обычаи, традиции и легенды, а по пятам неотступно следуют коварные враги и неведомые друзья. Ключ к разгадке тайны у нее в руках, но Самсут пока не догадывается об этом.
Авторы: Константинов Андрей Дмитриевич
подпись «Matosius Sjöeström». Сердце Самсут бешено заколотилось. Она пробежала глазами место обратного адреса — Упсалагатан, 6, Кепинг, Швеция… «Упсалагатан, 6,— пробормотала Самсут, снова взглянув на небрежно-размашистый отцовский почерк. — Какое дурацкое название. От него так и пахнет лекарствами. Интересно, что это означает в переводе на русский?.. Так, значит, в конечном итоге у отца все получилось? Пусть не Германия, но ведь и Швеция не самый плохой вариант. А возможно даже и куда как лучший. Но почему именно сейчас, когда прошло столько лет, отец, наконец, вспомнил об их существовании и подал весточку о себе? Неужели все это сделано лишь для того, чтобы удовлетворить собственное самолюбие и утереть нос бывшим домочадцам размашисто-корявым „Matosius Sjöeström“?»
Но в конечном итоге даже не эта догадка больше всего разозлила Самсут. В нескольких куцых строчках отец поздравлял их с заграничным праздником и желал здоровья, счастья и радости. Причем — желал всем троим. Следовательно, каким-то образом Матос был проинформирован о том, что стал дедушкой. Означало это только одно: отец все эти годы продолжал поддерживать общение с какими-то знакомыми по театру людьми, но вот хотя бы подать голос, не говоря уже о том, чтобы объявиться на день-другой, поинтересоваться жизнью близких ему людей, не счел нужным, не захотел. Понятно, что в советское время сделать это было немыслимо. Но сейчас, когда все границы нараспашку, когда с этими диссидентами и узниками совести носятся как с писаной торбой, возведя их чуть ли не в ранг национальных героев! Значит, и правда, просто не захотел. Отрезал, вычеркнул из сердца…
Помнится, Самсут тогда с такой силой захлопнула дверцу почтового ящика и так резко повернула ключ, что сломала ноготь. А вечером, когда Галина Тарасовна вернулась с работы, щадя ее чувства и зная ее характер, она ни словом не обмолвилась о полученном послании. Если бы отец, вырвавшись за границу, все это время влачил жалкое существование, ночуя где-нибудь под Бруклинским мостом в компании с бездомными неграми, — это одно. А вот известие о том, что Матос обосновался в Швеции, да еще и, судя по адресу, проживает в собственном доме и, судя по всему, неплохо, — это совсем другое. Такого «удара судьбы» Гала могла бы и не перенести.
С этого времени Самсут старалась по возможности первой доставать почту, однако ни писем, ни открыток из Швеции больше так и не приходило. То ли для удовлетворения своих амбиций отцу было достаточно послать всего одну весточку, то ли, не получив ответа, он мог резонно рассудить, что женская половина Головиных вполне могла сменить адрес жительства. В конце концов, «у них, в Швеции», — это нормальная практика…
Самсут тряхнула головой, отгоняя нахлынувшие воспоминания. А ведь, наверное, это именно из-за непутевого отца-перебежчика у нее и возникли недавние проблемы с получением загранпаспорта. Кстати, Карина права, надо бы не забыть отблагодарить человека, который помог уладить все дела с ОВИРом.
«Так вот из-за кого я не поехала в Шотландию! Ну, спасибо, дорогой родитель, и тут ты мне услужил. Да, но и что теперь делать? Написать ему? Но, во-первых, письма идут черт-те сколько, а во-вторых, отец такой человек, что, скорее всего, и не подумает ответить. Да и с какой стати он будет отвечать, коли молчал столько лет? Разве что заинтересовавшись богатством? Но ведь не напишешь же так просто про наследство… И вообще — в конце концов, зря я, что ли, получила этот чертов загранпаспорт? Раз уж сорвалась Шотландия, то почему бы не махнуть в Швецию? Если гора не идет к Магомету, то… Тем более что и деньги сейчас имеются. Стало быть — надо ехать!»
Спонтанное решение немедленно ехать в Швецию Самсут приняла с такой легкостью, будто бы поездки за границу являлись для нее повседневным делом. Наспех собравшись, она вышла на проспект и сразу же невольно уткнулась взглядом в кативший мимо сверкающий лиловый автобус со смешными рожками, буксующий в пробке на противоположной стороне реки. На автобусе крупными буквами было написано «Hamburgreisen», и оттуда, смеясь, высовывались пергаментные лица немецких старичков и старушек. «Пожалуй, только это мне и остается», — рассмеялась Самсут, и все сразу показалось ей простым и легким.
Она просто вверила себя случаю и, не торопясь, побрела по Малому проспекту, оглядывая каждый дом в поисках соответствующей вывески. Но турагентства, которые в любое иное время наравне с сантехникой и обувью попадаются на глаза каждую секунду, что порой даже вызывает определенное раздражение, в сегодняшний, ясный и солнечный, летний день словно сквозь землю провалились. Самсут уже начинала подумывать, что вверяться
