Полуночные кружева

Я вырубился. Кроме Ваньки в салоне никого не было, значит, это он бил меня по черепушке. Очнулся на траве прикованный. Револьвер не тронули, а телефон забрали. Вот и балдею здесь до сих пор.
— В котором часу это случилось?
— Около трех.
— Гаишник был на машине?
— Да. У обочины стоял милицейский «козлик». Там сидел еще один офицер, но я не разглядел его. Да и этого тоже. Он шел против солнца и фуражка на носу.
— Понятно. Убитого водилу надо искать в кювете. Гаишник занял его место и погнал машину в лес. Гаишник высокий или маленький? — не отводя глаз от парня, продолжал следователь.
— Средний, скорее всего. Не высокий и не маленький.
— Возьмите его оружие на экспертизу, — дал указание Седлак. — Ты стрелял?
— Я рта раскрыть не успел.
Оперативник вынул из кобуры Усова револьвер и понюхал ствол.
— Похоже, чистый.
— Тебя не спрашивают, Гудков. Сколько денег лежало в машине?
— Я их не считаю, на накладных только печать проверяю, на мешках пломбы. Шесть мешков — немало.
— Надо бы у руководства банка спросить, — предложил начальник группы инкассации.
— Так и сделаем. Отцепите парня и в управление его. Я ему не верю.
— Потому что живым остался? — спросил Игорь.
— Я никому не верю. Потому что невиновных не бывает.
С парня сняли наручники и отвели в патрульную машину.

Главного бухгалтера банка срочно вызвали к директору. Но когда женщина вошла в кабинет, то увидела, что на месте директора восседает следователь в штатском, с видом напыщенного индюка. Директор же в своем кабинете выглядел просителем. Никаких ни приветствий, ни предложений присесть. Тон следователя казался раздражительным, а голос скрипучим, как у не смазанной телеги.
— Сколько денег везли в машине? И почему в хранилище, а не в областной банк?
— Сто двадцать миллионов рублей, — спокойно ответила главбух. — Это обмен, а не банковская операция. Мы отправили в областной банк новые гознаковские купюры в обмен на ветхие, изъятые из обращения.
— Представьтесь! — рявкнул следователь, как полковник на рядового.
— Ведите себя в рамках, — резко ответила женщина. — И прежде чем задавать вопросы, представьтесь сами. Это вы пришли к нам, а не мы к вам.
— Это вас ограбили, а не меня. Следователь Седлак Семен Афанасьевич.
— Маргарита Евгеньевна Дьячук. Главный бухгалтер. Маршрут в областной банк на изъятие ветхих денег проводится раз в полгода. Сегодня мы отправили им сто двадцать миллионов гознаковских купюр по их заявке. В обмен они сдают нам ту же сумму ветхих денег, подлежащих уничтожению. Эти деньги уже списаны областным банком, но мы акт не подписывали, так как их не пересчитывали.
— Они не пригодны? — смягчил тон Седлак.
Не дожидаясь приглашения, женщина села, но директор продолжал стоять.
— Их никто не изымает. При пересчете кассиры сами определяют ветхость и не пускают их в дальнейшее обращение. Это не рваные бумажки, а ветхие. У вас в кармане могут лежать такие же и никто не в праве вам отказать в приеме платежа.
— Кто знал о сегодняшнем маршруте?
— Руководство, кассиры, да все. Заявка пришла месяц назад, и мы дали запрос в Центробанк. Областной банк был извещен за четыре дня, а расписание мы составили после согласования с ними.
— Инкассаторы знали?
— Знали, что им придется ехать в областной банк в четверг. То есть сегодня. Но о цели поездки им никто не говорил.
— Они знали, что повезут деньги туда, но не знали, что повезут назад. Я к тому, что их могли ограбить по пути туда. Стопроцентная надежность.
— Если нужна такая надежность, то лучше не брать новенькие хрустящие купюры, где стоит одна серия. Мы ничего не переписывали, но это же легко проверить по накладным. Ветхие деньги вообще не переписываются. Они же идут под нож.
— Значит, наводчика надо искать в областном банке?
— Я этого не говорила. Но мне с трудом верится, будто в налете надо обвинять мальчишек.
— Инкассаторов? Да им эта идея первым пришла на ум. Совсем недавно по телевизору показали передачу, как один инкассатор так же под прицелом заставил заехать своих собратьев в лес, утащил мешки и закопал их в лесу. На чем и попался. Эти ребята урок усвоили. И времени у них имелось больше, чем у грабителя-одиночки. Где их теперь искать? Они уже пару областей успели проехать и сменить не одну машину.
В кабинет вошел капитан и что-то шепнул на ухо следователю.
— Ну вот, я прав! — озвучил Седлак. — Через переезд после открытия не проезжала ни одна милицейская машина.