Полуночные кружева

— По-моему, вы и не собираетесь умирать. У вас румянец на щеках. Вы его, а вовсе не предсмертную бледность скрывали под гримом.
— Спасибо за комплимент. — Хозяин улыбнулся. — Давайте обсудим вашу версию. Допустим, вы правы и я притворяюсь. Но что плохого из того, что я решил собрать вместе всех своих жен. Хотелось посмотреть, что я для них значу. Я составил завещание, но не вписал туда имени наследницы. Это сделает мой секретарь Сережа.
— Дураку понятно, что он впишет в него свое имя.
— Вот! И это главное. Но я же по вашей версии здоров, значит, завещание не будет иметь никакой силы. Я просто хочу взглянуть на лица своих милых жен, которые останутся с носом. Невероятное удовольствие увидеть, как рушатся их надежды. А умри я по-настоящему, ни одна из них не пришла бы на мои похороны, кроме той, которая захапала бы все деньги.
Таня прищурила глаза и скрипнула зубами.
— Из-за вашей хохмы сегодня ночью был убит человек.
— Я сам не ожидал такого результата. — Гортинский пожал плечами.
— А самое кошмарное заключается в том, что убийство было бессмысленное, если никто ничего все равно не получит.
Гортинский рассмеялся.
— Мы всего лишь рассматриваем вашу версию происходящего, а не то, что есть на самом деле.
— Да все очень просто. Сергей вас все равно убьет и впишет свое имя в завещание.
— Не получится. Сергей Антонович Бестаев находится в федеральном розыске. К тому же при заполнении завещания должен присутствовать мой адвокат Вадим Бортник. Его подпись тоже необходима.
— Получая такие деньжищи, не жалко и адвокату долю отвалить. Я знаю, что Алиса не жалела денег на своего адвоката, когда гребла деньги лопатой от своих умерших мужей. Ваш Сережа Бестаев не так прост, как вы думаете.
— Спасибо за ценный совет. Но и я никогда не был лохом. А вы мне очень нравитесь, рыжая. Если бы я был здоров и лет на пятнадцать моложе, непременно женился бы в пятый раз. Вы стали бы лучшей моей женой, а главное, самой надежной.
— А мое мнение вас не интересует?
— Да, кстати, а каково ваше мнение на мое предложение?
— Если на коленях с букетом цветов в руках, я ответила бы «да». В будуаре Алисы всегда висел ваш портрет. Он переезжал с ней из страны в страну, а мужьям она говорила, будто это ее любимый папочка. Так вот, я на этот портрет смотрела чаще и дольше своей хозяйки. Я видела перед собой эталон мужчины. А сейчас передо мной коварное чудовище, играющее жизнями людей. Или вы думаете, смерть Алисы первая и последняя? Вы еще живы, потому что все и так знают, что вам осталось недолго радоваться белому свету.
— Один из способов самообороны, — усмехнулся Гортинский.
— Как тяжело разочаровываться в том, на кого всю жизнь молилась, — вздохнула Таня и направилась к винтовой лестнице.

Допросы носили формальный вид. Прокурор поставил перед Скобейниковым ясную задачу: «Скандала не раздувать, уголовное дело не заводить». Труп уже увезли в морг, все возможные улики забрали, включая сумочку и паспорт покойной.
Первой, к кому зашел Андрей Ильич, была Рита Дьячук. Солидная дама, работает в банке, представить ее на месте убийцы Скобейникову было непросто.
— У меня к вам есть вопросы, Маргарита Евгеньевна. А поскольку речь идет об умышленном убийстве, то вы обязаны отвечать.
— Послушайте, я понятия не имею ни о каком убийстве. Утром мне сказали, что одна из бывших жен Геннадия умерла. Я даже имени ее не помню. Видела мельком за ужином. Приятная во всех отношениях женщина.
— Секретарь мне объяснил, что все вы являетесь потенциальными наследницами очень крупного капитала. Как ни крути, но вас можно назвать конкурентками. Где вы провели эту ночь?
— Спала. А что еще можно делать ночью?
— В полночь Сергей видел вас в окне. В то время Алиса была еще жива. Дверь в ее комнату оставалась открытой. И что я должен думать? Поверить вам на слово?
— Нет. Предъявить обвинение, основываясь на доказательной базе. Я не знаю, что вам наплела Лиза, но она все врет. Она мне предлагала сделать глупость, но я отказалась.
— Что же она мне сказала, по-вашему?
— Что мы всю ночь играли с ней в карты. Но я не умею играть в карты и терпеть их не могу. Просто ей нужно алиби. Я ясно изъясняюсь? Она ушла, а я легла спать.
— Горничная выносила мусор около часу ночи. В вашей комнате горел свет.
— Я не гасила свечей. Не люблю спать в темноте, — резко ответила Рита.
— Не нервничайте. Я вас ни в чем не обвиняю. Я никого ни в чем не обвиняю, и с Лизой я еще не разговаривал. Даже не видел ее. Ее комната дальше по коридору, и